– Ты пойдёшь на семинар? – Антон общался с кем-то в телефоне и отвлёкся на мой вопрос.
– Если Горалевич не идёт, то и я не пойду.
– Ох уж это ваше противостояние, – я закатила глаза, когда в помещение снова зашла моя бывшая соседка по столам. – Кожебаева, у тебя всё в порядке? Ты к холодильнику каждую минуту бегаешь.
– Я голодная.
Она потягивала каждые пять минут то йогурт, то творожок, то хлебцы, и мне было любопытно, совпадение ли это.
– Жаль, что холодильник не на колёсиках – можно было бы к рабочему месту привезти, – Антоха улыбнулся добродушно, но, пожалуй, шутка Вику всё-таки задела. – Не злись только.
И пусть выходила коллега явно слегка взъерошенная, но мы до последнего держали невозмутимые лица.
– Славка пишет, что пойдёт послушать, – прочитав уведомление с кратким содержанием, заявил Антон. – И просит сделать ему кофе. Сделаешь? А то мне по легенде не положено.
Довольный, что может слинять, коллега первым покинул кухню, за секунду до открытой двери натянув серьёзную мину. Затеяли они свои эти кошки-мышки, а мне теперь расхлёбывай. И зачем я стала между ними тогда и вообще сказала про друзей? Если бы не та выходка годичной давности с этим кофе и дурацким проектом, работать бы в открытом офисе было проще.
Семинар начинался в полдень в хабе этажом ниже. Учитывая, что слушателями были все офисные сотрудники, включая руководство, которое должно было добраться по пробкам в центр, места в нашем конференц-зале не хватило бы. Да и не удобно. А в хабе все условия есть как раз для такого формата, никто не будет в накладке с обзором, светом или стульями.
Спикеры уже проверяли взаимодействие своей аппаратуры при подключениях, что-то тестировали там, микрофоны, колонки, презентации, указки и свет. Образно говоря, всё на высшем разряде, поэтому шеф выглядел полным энтузиазма. Его партнёры тоже вполне себе увлечены, поэтому коллектив не мог упасть в грязь лицом.
Рядом со мной сидела моя «рабочая подруга» Ленка, которая иногда прикрывала перед начальством, рассказывала о волнениях в женской части коллектива и помогала мне преодолеть какие-то глупые барьеры недопонимания между нами. Двумя словами, она мой спаситель и консул на другой территории.
Ленка была немного забитой, но умной девчонкой. Будучи младше на пять лет, то есть совсем ещё ребёнок (говорит старушка, ага) она схватывала на лету всё и знала об устройстве фирмы и этого бизнеса больше меня. Во-первых, потому что она работает здесь с первого курса, а сейчас уже на четвёртый перешла. Во-вторых, потому что через неё проходит много связей с людьми и разных материалов для встреч. Сопоставить два числа для неё – не проблема даже без калькулятора. И этот человек мастерски владеет электронными таблицами. Собственно, за это её тут боготворят все, включая меня.
– Вика обмолвилась, что ты на кухне опять с Антоном мило «ворковала», – на ухо шепнула подруга.
– Он рассказывал про свой отпуск в Италию, - посылаю ей ироничный взгляд, – так что «ворковала» я, видимо, молча.
Ленка улыбнулась и перевела взгляд на главного спикера. Она не знала о секрете парней, потому что я пообещала молчать. А я знала, что Антон ей нравится, поэтому в выражениях всегда стоило быть аккуратнее. Задевать чувства человека ложью – совсем не то, чем мне хотелось бы отличиться. Лучше помогу ей морально, если вдруг вылезет какой-то кошмар прошлого. Я давно поняла, что в жизни Ленки появилась, чтобы помочь пережить какую-то трагедию из прошлого. Это чувствовалось в воздухе буквально, когда она впервые поделилась со мной своими зажимами, позволила увидеть, что за этой милой наружностью скрывается.
Собственно, это и так видно в каждом. Достаточно взглянуть в лицо, не важно в жизни или на снимке, и нутро проступает, словно проявление фотографий в красной комнате. Кто очень хочет внимания, потому что его недолюбили в детстве. Кто стремится быть всегда правым, потому что не умеет признавать ошибки. Кто явно скрывает большую старую обиду. Кто притворяется инфантильной девочкой, а потом жалуется на жизнь, чтобы вызвать побольше сочувствия и комплиментов. Я видела их всех,