– Доктор Торн, – перехватил меня в коридоре Томас Декк.
– Да?
– Я хотел узнать, как дела у нашего вип-пациента.
– Дела? – я чуть нахмурилась. В последнее время любой интерес к Енсену казался мне очень подозрительным.
– Я слышал, – Томас поправил очки, – что он пришел в себя. Значит ли это, что вам удалось определить причину той странной комы и избавиться от нее?
– Хм... – протянула, раздумывая, как же ответить. – Да, он пришел в себя. Но говорить о причинах еще рано. Слишком уж сложный случай.
– Понимаю, – серьезно кивнул Декк. – А когда...
Он вдруг замер на полуслове. Втянул носом воздух, принюхиваясь, помрачнел и глянул на меня:
– Мне кажется, или чем-то горелым пахнет?
– Горелым? – я растерялась.
А потом принюхалась и поняла: Декк прав. В воздухе витал какой-то резкий, неприятный аромат, как будто горели провода или пластмасса. И этот запах становился все сильнее и сильнее.
– Бризы! – вдруг выругался Томас, глядя куда-то мне за плечо.
Развернувшись, я ахнула. Коридор быстро заполнялся густым темно-серым дымом. В следующую секунду раздался громкий звон, заставивший вздрогнуть всех: надрывалась пожарная сигнализация.
– Мы горим! – воскликнул Томас.
Меня сначала бросило в жар, потом в холод. За всю практику мне еще не приходилось сталкиваться с настоящим пожаром. Да, были учебные тревоги, были семинары по безопасности, но сейчас все по-настоящему. Пожар в больнице – это же катастрофа!
– Почему не включается система? – дрожащим голосом выдавил Декк, имея в виду автоматическую систему тушения пожаров.
Это хороший вопрос. Но времени на поиск ответа нет, а всегда спокойный и немного занудный ординатор выглядит откровенно перепуганным. Нужно что-то делать.
– Томас, – я схватила его за плечи и легонько встряхнула. – Ты проходил инструктаж?
– Да, – кивнул тот. Слово «инструктаж» заставило его прийти в себя.
– Вот и действуй согласно инструкции.
– Есть, – выпалил Декк и умчался.
А я побежала на третий этаж, в вип-палату. Она неплохо изолирована, но Енсену и Рольфу, который дежурит сегодня, точно не стоит в ней оставаться.
Больница превратилась в сумасшедший дом. Система тушения почему-то не срабатывала. Врачи и медсестры действовали по инструкции, вывозя неходячих и раздавая им дыхательные маски-артефакты. Но паникующие пациенты здорово мешали, бестолково бегая и разводя панику. Кто-то рыдал, кто-то ругался, а чей-то громкий голос, в котором я через секунду опознала того самого вредного старика, отдавал удивительно четкие и логичные команды. Он вовсю помогал медсестрам с эвакуацией.
А коридоры все больше заполнялись дымом. Темно-серый, едкий, он драл горло и заставлял глаза слезиться. Бризы, да что же могло так загореться? Надеюсь, пожарные едут.
Когда я поднялась на третий этаж, там уже почти ничего не было видно. Прикрыв нос и рот полой халата, я пошла к Енсену. И почти добралась. Почти, потому что у самой двери чужой голос заставил остановиться.
– Так и знала, что вы придете сюда, доктор Торн.
Я резко развернулась. Из дымной пелены, заполнившей уже весь коридор, вышли двое. Моника Гибсон, наша пациентка с седалищным нервом, крепко держала под руку бледную, как смерть, Алису Мерцер и довольно улыбалась. От изумления я даже забыла об опасности и бестолково замерла на месте, не торопясь открывать дверь.
– Слушайте меня внимательно, доктор Торн, и не делайте глупостей, – произнесла госпожа Гибсон. – Иначе ваша коллега сильно пострадает.
Присмотревшись, я поняла, что она не просто поддерживает Алису. Она именно что держит ее, уткнув в бок небольшой инъектор, хищно поблескивающий металлом.
– В инъекторе яд, – пояснила Гибсон, проследив за моим взглядом. – Сильный и действующий мгновенно. Так что если будете дурить, то доктора Мерцер не спасет даже вся ваша больница.
– Чего вы хотите? – спросила я хрипло.
– Во-первых, наденьте вот это, – отпустив на секунду Алису, Гибсон бросила мне браслет.
Я поймала его и послушно нацепила на запястье, лихорадочно соображая, что же делать. И тут же ощутила, как засыпает собственная магия, оставляя вместо ровного и сильного источника еле теплящийся огонек.
– Теперь вам нужно открыть дверь и нейтрализовать охранника. А потом и вашего пациента, чтобы тот не сопротивлялся и пошел с нами.