— Всегда можно найти виновного, — не согласился отец, вернувшись к столу и, вытащив нож, вернул его в ящик. — Ты же знаешь, что метки подталкивают к выплате долга, даже если сам возрождённый сопротивляется? Не всем удаётся сохранить разум в такой ситуации.
— К чему ты клонишь?
— К тому, что если бы опоздал, оно могло бы убить именно вас обоих — тебя и Майю. И долг был бы выплачен.
Кириан не поверил, что действительно услышал это от отца.
— Коди бы не сделал такого…
— Ошибаешься, — присвистнул тот, подбирая с тарелки остывший кусочек картофеля. — По Торговцу и его зверушкам нет официальной статистики, но число убийств именно членов новых семей, так как они оказываются доступнее всех, зашкаливает. В прошлой жизни оно… тот Коди, которым оно было, умер в возрасте пятнадцати лет. Я перевернул горы информации, но нигде не нашёл точную дату смерти. Поэтому пришёл сейчас, почти вовремя, но у меня ещё есть шанс увезти с собой хотя бы Майю.
— Стоп… — прервал Кириан, отойдя от окна и жестом вынуждая отца посмотреть на себя. — Ты перевернул горы информации? Ты что-то искал?
— Точную дату смерти, — повторил отец. — Но знаешь, о временах строительства моста через реку Ева мало что сохранилось, потому что Старый город был прогнившей деревней, которую мало интересовали такие изменения. Почти никаких фотографий, мало заметок в газетах. Не будь оно сыном Витара Бернаскони, то вообще ничего не осталось бы.
Кириан покачнулся и удержался за тихонько ворчавший в углу холодильник. Сразу вспомнилась дорога по Старому городу, о которой он так никому не рассказал, а также та фотография, которую Кириан до сих пор перекладывал из кармана в карман, чтобы носить с собой. Фотография из дома для строителей, найденная в личной комнате Витара, в ящике стола.
Фотография Коди, который улыбался и выглядел так непривычно, потому что за время жизни рядом Кириан практически не видел его улыбки.
— Коди — сын Витара? — повторил Кириан, не до конца веря, но понимая, что так кусочки мозаики вполне складываются в верную картину.
— О да, — кивнул отец и, расплывшись в улыбке, сказал: — Коди Бернаскони. Звучит, не правда ли?
Кириан не ответил, продолжая прислоняться рукой к холодильнику.
— Забавно, что вы двое действительно похожи, словно родные братья, — уже тише признал отец. — Поначалу я сам едва не убедил себя в этом, как убедила себя Майя. Торговец умеет подбирать души.
Глава 9. Старый город
После часа поисков на крыше девятиэтажки, в школе, в сквере и на ближайших улицах Кириан обнаружил Коди в закусочной Луизы. Он сидел за дальним столиком у стены, где не было окна, а свет от ламп практически не добирался. Перед ним стоял большой стакан воды, а напротив сидел Малти, подперев подбородок рукой. Тёмно-синяя бандана с белыми разводами прятала топорщащиеся волосы-косички, из кармана рабочего фартука торчали блокнот и ручка.
Посетителей было мало — середина дня всегда несла в себе пустоту.
Расстегнув молнию на куртке, Кириан неспешно подошёл к столику под внимательным взглядом Малти.
— Подвинешься? — спросил он, и Малти милостиво отсел к стене.
Коди не поднимал взгляд, упорно барабаня пальцами по стакану. Присутствие постороннего человека мешало Кириану сосредоточиться, но он решил не прогонять его, надеясь, что перед Малти Коди не станет больше убегать.
— Поговоришь со мной?
Коди упрямо пожал плечами.
— Он и со мной говорить отказался, — встрял Малти. — Что у вас там, снова семейные разборки? А раньше были такими тихими и милыми ребятами. Что? Молчу-молчу.
Выставив руки в примирительном жесте, Малти прислонился головой к стене с отделкой под кирпич и прижал к груди большой овальный поднос, спрятавшись за ним до самого носа.
Кириан попытался дотронуться до руки Коди, но тот резко выпрямился, пряча их под столом.
— Хоть посмотри на меня.
— Зачем ты пришёл?
— Забрать тебя домой.
— Домой? — Коди нервно рассмеялся. — Как только возвращается отец, то место перестаёт быть мне домом! И ты хочешь забрать меня туда, чтобы я слушал, как отец уговаривает маму уехать, параллельно напоминая, какое я чудовище?!
— Ты не чудовище, — опередил Кириана Малти, устремив на него указательный палец. — Не слушай бред, что слышишь вокруг — люди бывают глупы. То, что твой отец считает тебя чудовищем, не значит, что в итоге так должен считать и ты сам. Твоя жизнь только твоя.
Ему удалось немного успокоить Коди, и Кириан с благодарностью кивнул Малти.
— Как… как ты это пережил? — непонимающе покачал Коди головой, откинулся на спинку двухместного диванчика и закрыл бледное лицо ладонями.