Он с тобой попрощался, подумал Райли, но не ощутил облегчения.
— Райли… — Коди долго молчал, выдерживая паузу. — Почему мы не можем уехать? Строительство уже закончилось. Мне здесь не нравится.
Дуплекс не нравился никому. Он свёл с ума всех постепенно, предварительно разведя по разным берегам.
— Мы уедем. Вместе.
— Правда? — оживился Коди, вывернув шею.
Райли опустил взгляд.
— Хочешь увидеть маму?
Загоревшийся взгляд Коди подёрнулся дымкой сомнений. Он нахмурился, с недоверием смотря на него.
— Это невозможно.
— Знаю, — Райли дёрнул уголками губ. — Но я верю, что это может получиться.
Райли почувствовал, как Коди отстранился.
Он тоже был связан с миром за гранью жизни. Райли видел призрак матери, а Коди слышал последнее «прощай» от отца. Последний знак, который наталкивал на одну-единственную мысль: он просто не верил в то, что это возможно. Райли же позволил себе верить в самые сумасшедшие, самые нереальные вещи, решив, что хуже уже не будет.
— Ты не должен жить здесь. Больше нас ничего не держит, — он настойчиво удержал Коди за плечи.
— Ты говорил с отцом?
Застыв, Райли нахмурился. В последнюю свою встречу с отцом он чувствовал лишь сильный запах перегара и несоизмеримое ни с чем желание уничтожить причину страданий их семьи.
— Он больше не будет тебе указывать. Он больше не посмеет ни на кого поднять руку. Всё хорошо, Коди.
— Что ты сделал?
Голос Коди прозвучал настолько отталкивающе, что Райли отпрянул.
— Я не разговаривал с отцом, Коди, но я говорил с мамой. Мы можем снова быть вместе.
— Она умерла, — припечатал Коди, смотря так гневно, что вставали дыбом волоски на руках.
— Смерть — это не конец.
— Райли… — перестав сопротивляться, Коди вдруг рухнул на кровать, а брови его болезненно надломились. — Райли, о чём ты говоришь… Она умерла, умерла! Прыгнула с моста! С этого чёртового моста!
Райли прижал к груди заходящегося в истерике брата. Погладив его по спине, он нагнулся, вдохнул запах пахнущих шампунем волос и тихо-тихо зашептал:
— Ей тоже не нравился Дуплекс.
— Я его ненавижу! — выкрикнул Коди и ударил Райли по руке. — Ненавижу!
— Знаю.
— И отца ненавижу за то, что он вечно где-то пропадал!
— Знаю, — Райли сдерживал поток обрушившихся на него ударов.
Как бы отец ни злился на то, что Райли вырос совершенно на него непохожим, общие черты всё же имелись. Отец всегда оставался человеком дела, постоянно увлечённым новыми идеями. Он был зациклен на себе и своих интересах, ставя всё остальное на вторые и третьи места.
Он был эгоистом.
Райли понимал, что стал таким же.
Однако теперь он старался думать не только о себе.
— Т-с-с, — прошептал он на ухо Коди. — Тише. Ты веришь мне?
Коди лишь всхлипнул.
— Ты мне веришь? — настойчивее повторил Райли.
— Да.
— Скоро всё пройдёт, останется позади. Станет легче — обещаю.
Он обещал то, чего точно знать не мог. Райли понимал, что частично обманывал брата, но тянуть дальше было нельзя. Постепенно Коди затих в его объятиях, дыхание выровнялось, стало глубоким и спокойным.
Закрыв глаза, Райли переместил ладони со спины на шею, а с шеи — на лицо. И…
— Я не оставлю тебя здесь одного, — это было последней фразой Райли перед тем, как он с холодной решимостью лишил Коди возможности дышать.
***
Интересно, что чувствовала мать, когда вот так же стояла на краю обрыва?
Райли пытался представить её мысли, стоя за оградой моста и смотря на ночную реку. Но в голове было пусто — ни единой идеи, ни единого слова. Наверное, так оно и происходит.
Где-то в глубине души Райли надеялся услышать её, но призрак не появлялся. Даже когда он закрывал глаза и мысленно начинал разговор, отклика не было. Он остался один.
Совсем один.
Райли знал, что Коди уже ждал на другой стороне. Примет ли он его? Хорошо, если бы было можно стереть ему память. Дать новую жизнь, в которой ему не придётся страдать. Оставалось только верить, что принесённая жертва позволит попасть туда, куда нужно.
Ветер усилился. Пришлось крепче держаться за металлические поручни. Внизу плескались холодные манящие воды реки.
Райли хотел уйти именно так. Пережить то же, что и мать, почувствовать последние секунды её жизни, чтобы замкнуть круг. С этого началась гибель их семьи, гибель фамилии Бернаскони, которой так гордился отец, — этим всё и закончится.
По правую руку активно застраивался новый берег Дуплекса. В последние мгновения Райли успел задуматься, что же будет дальше. Поможет ли мост, соединивший берега, в развитии города? Есть ли у Дуплекса шанс вырасти до такой степени, чтобы заполнить пространство между Ноксом и Лакусом?