Коди отчаянно вглядывался в его лицо, стараясь рассмотреть черты и понять, с кем он говорил.
— Ты хотел меня видеть, — подсказал он.
Торговец. Коди желал встретиться с Торговцем, когда столкнулся с Пешкой и Кукольником. Однако тех двоих в комнате не было. Он отключился, не рассчитав свои силы для похода с температурой в Старый город. А теперь очнулся здесь и вздрагивал от каждого произнесённого Торговцем слова. Закрыв глаза, Коди вдруг подумал о Кириане. Он, наверное, волнуется, места себе не находит. Плохо…
— Сколько сейчас времени?
— Далеко за полночь.
Конечно, волнуется. Будет ругаться.
— Тебя так просто отыскать, оказывается, — Коди перестал елозить по кровати и, привалившись к стене, тихо сидел, обхватив колени руками.
— Не просто, — возразил Торговец, качнув головой. Огонёк свечи скользнул по его бледно-серому лицу, высветив чёрные провалы вокруг белых глаз без зрачков. Коди ужаснулся и прикусил губу, сдерживая страх. — Просто показалось лишь тебе, пожалуй. Считай себя исключением.
— Почему?
Торговец долго молчал.
— Ты ещё не вспомнил ответ на этот вопрос.
— А должен?
— Должен, если будешь тянуть.
Речь шла о выплате долга. Коди поморщился. Он до сих пор не знал, как нужно относиться к решению, которое предстояло принять.
— Мой брат приходил к тебе. Кириан, — назвал его имя Коди. — Полагаю, он хотел узнать лишь то, возможна ли жизнь без выплаты долга.
Он не ждал ответа, а сам раздумывал, как правильно сформулировать дальнейший вопрос. Коди хотел знать оба варианта развития событий и к чему именно они приведут. Он смутно предполагал, что случится, сумей он выплатить цену. Дальнейшая жизнь? Жизнь с пониманием того, что руки запятнаны кровью? А если другой выбор?
Потупив взгляд, Коди посмотрел на замершего Торговца.
— Что будет, если я не выплачу долг? — выдохнул он.
— Смерть, — разумный логичный ответ.
— Просто смерть?
— Просто смерть, — подтвердил Торговец. — Твоя душа на этот раз исчезнет, словно её и не было, а нынешнее тело станет пустой куклой, которая служит оболочкой. Ты исчезнешь. Без права на третий шанс.
— А кто дал мне право на второй шанс? Кто решил, что мне позволено жить второй раз, если я уже умер?
Фигура в кресле шевельнулась. В мгновение ока Торговец оказался на ногах, подступив на расстояние опасной близости. Огонёк свечи испуганно заплясал, отбросив на стены множество суетящихся теней.
— Я, — сказал он громче, чем прежде, и Коди показалось, что это было слишком оглушающе. — Я дал тебе шанс на вторую жизнь, а ты приходишь сюда и спрашиваешь о смерти. Неужели даже теперь в твоей жизни нет ничего, за что стоило бы бороться?
Торговец возвышался над сидящим на кровати Коди подобно мрачной неприступной скале, вокруг которой дуют северные ветра. Смотря на него, Коди вдруг смутно подумал, что, несмотря на слишком угловатое лицо, черты кажутся ему знакомыми. Прищурившись, он поднял голову, всматриваясь в тёмные провалы вокруг глаз и ярко очерченные скулы. Светлые волосы, выбившиеся из-под наброшенного капюшона…
— Кто ты? — вновь повторил изначальный вопрос Коди, поймав выражение сомнения на безэмоциональном лице Торговца. Он вёл себя так, будто это была далеко не первая их встреча. — Мне кажется, я тебя знаю, но никак не могу вспомнить.
Плечи Торговца чуть опустились, расслабились.
— Я ведь сказал — рано, — примирительно выдохнул он и опустился на колени рядом с кроватью, складывая локти на её край. Коди поймал на себе внимательный слепой взгляд, а в следующее мгновение Торговец поднял одну руку, почти касаясь его пальцами. Он осторожно очертил кисть, добрался до колена, скользнул вверх, туда, где было лицо. Замерев от неожиданности, Коди не смел даже вздохнуть. Он следил за истрескавшимися пальцами, которые ни разу не дотронулись до него. Когда рука опустилась обратно, по спине пробежался холодок. — Не так я представлял нашу встречу, если она вообще должна была случиться.
Может быть, последняя фраза вовсе не предназначалась для ушей Коди. Она была произнесена настолько тихо, что Коди скорее прочувствовал её, нежели услышал. После холода тело окатила волна жара, и её можно было бы списать на вернувшуюся температуру, если бы не отчётливо ударившее по вискам имя.
— Райли… — сказал Коди одновременно с тем, как имя всплыло в сознании.