Несколько опытов, которые мы провели после этого, убедили меня, что в случае опасности отец мне оказать помощь `там` не сможет. Я согласился делать это только при нем, хотя понимал что, в сущности, это положения не меняет. Спустя несколько дней отец рассказал мне об историях Тома про мерцающие огни в горах. Я подтвердила их существование. Оказывалось, они были видны и обычным зрением. Было вполне возможно, что Том с такого большого расстояния не мог заметить других `гостей`. Это надлежало выяснить, и мы сговорились с отцом проследить как и когда эти `охоты` происходят, чтобы отец и Том посмотрели на это все со стороны. Наконец-то мы займемся настоящим делом! Мы решили ходить каждый день на это место в одно и то же время и наблюдать.
Результаты оказались неожиданными. Практически, каждый день мы замечали один или два огонька. Но они быстро возникали и, почти сразу же, гасли, и, сколько мы не ждали, больше их не было. Проведя такую разведку, мы порешили ехать к Тому.
На следующее утро мы собрали кое что из еды, взяли свежие газеты для Тома и отчалили. Он встретил нас на пирсе. Он всегда выходил нас встречать, видя нас в бинокль чуть ли не отплывающими от дома. Поздоровавшись, мы отправились на берег, где, к нашему изумлению, Том подошел к старому пепелищу костра и, разворошив его, достал десяток яиц.
- Печеные яйца, крабы и доброе вино времен царствования великого короля, врать не буду, не помню какого! С этими словами он направился к дому. От такого угощения было трудно отказаться и мы направились следом. Сев за стол отец хотел спросить что-то Тома, но он прервал его:
- Сначала морской салат, крабы, потом яйца и вино, а уж потом разговоры.
Мы `вылезли` из-за стола часика через два. Кактус все еще уплетал свое угощение из сгущенного молока и клубничного варенья. С видом знатока он, не торопясь, похрюкивая и причмокивая, смаковал эту смесь, от которой даже у меня, наверно, слиплось бы все что можно. Я углубился в кресло с банкой манго, а Том и отец налили себе вина.
- Ты не шутил, когда говорил об огнях, что появляются у гор? - спросил отец. - Мы видели нечто подобное несколько дней назад, и я сразу вспомнил твой рассказ. Я хотел бы какие-нибудь подробности об этом явлении.
- Ну, я не так много знаю, сколько видел. - ответил Том.
- А как давно это здесь?
- Да сколько себя помню, да вот еще и мой дед говорил об этих огнях. Правда, они не очень их жаловали. Сам понимаешь, суеверия там разные.
- А были поводы?
- Абсолютно никаких! Они никогда ничего плохого не приносили и не предвещали. Один инженер даже приезжал, говорил что это все от смещения пород в скалах. Потом приехали какие-то пижоны с приборчиками и сказали, мол, это все ерунда. Стоят и стоят, ничего там не смещается.
- Ну и чем кончилось?
- А тем и кончилось. Оставили все как есть да и забыли. Разве вот только детишек иногда пугают.
- А рядом с огнями ничего больше не видели?
- Да нет, никогда. А что?? - Том настороженно вгляделся в лицо отца. -Никак вы что нашли?! Клад какой?
- Нет, Том, клада мы не нашли, но кое-что имеется. Если уж так интересно, поехали да посмотрим.
- А что смотреть-то будем?
- Да вот паренек мой кое-что подсмотрел.
- Ну тогда, конечно, поехали.
- Единственное препятствие. Нам придется ехать не на один день.
- Вот даже как! Ну теперь я уж точно не откажусь. Значит дело стоит. Не будем терять времени!
- Не так быстро, ехать нужно к вечеру. Виднее будет. Я думаю часам к семи в самый раз, а то в восемь уже темнеет.
-Тогда чего вы раньше времени взбаламутили меня?! Идем на берег. Сегодня у меня для вас обширная программа развлечений на воде. У нас еще пол дня впереди.
Весь день мы втроем (я, отец и Том) были заняты боями на надувных шинах. Как угорелые мы носились в полосе прибоя, бешено молотя руками и кидая друг на друга лассо. Было очень весело и мы даже на время забыли о деле, что предстояло нам вечером. Том был в старой ободранной шляпе, которая была утыкана перьями, облезлой половой тряпке, которую он называл `пончо`, и в набедренной повязке. Мы с отцом тоже нацепили тряпки вокруг пояса, раскрасились с ног до головы `боевым рисунком каманчей` и воткнули перья в веревки, обвивавшие наши головы. Еще смешней было то, что `боевой рисунок` под брызгами превратился в сплошную разноцветную кляксу. Если бы кто увидел нас в этот момент, наверняка принял бы нас за, уцелевших чудом, дикарей-людоедов, разъезжающих на автомобильных шинах по волнам. Том был старый стратег и необычно хитрый на выдумки, отец же был самый быстрый из нас, а я мог только увертываться от них, и в этом я немало преуспел. Старик казалось шутя играл лассо, улепетывал от нас, делая отчаянное лицо, потом резко разворачивался и взмахивал рукой. Лассо молнией пролетало метров десять-пятнадцать и послушно обвивало кого-нибудь из нас. Я не заметил, чтобы он хоть раз промахнулся. В этот миг в голове у меня возникла идея, касающаяся меткости Тома. Она могла нам очень пригодиться.