- Еще раз такое себе позволишь - самолично четвертую.
Глаза Сти-ло метали молнии, грозя испепелить необычного чужака.
- Отойди вон туда - махнув рукой в сторону небольшого навеса, он наклонился над последним павшим.
Джек отошел, шагов на двадцать, в указанную сторону. Все его тело болело как от перенесенных перегрузок вовремя скоротечного боя, так и от удара в солнечное сплетение, выбившее из него дух и очень действенно прервавшего "сон". Присев рядом с пожилым человеком, видимо еще с одним наставником. Джек вежливо поздоровался и поинтересовался впечатлениями того о происходящем.
- Уважаемый, случайно не знаете, что теперь будет? Снова все захотят меня убить или немного подождут, пока раны залечат? - сухая горечь слышалась в его словах. Я незнаком с местными традициями, не окажите ли мне услугу и просветите насчет возникшего недоразумения.
Джек пытался завязать разговор с незнакомцем, отчего фразы получались немного высокопарными. Пожилой незнакомец не отвечал Джеку, а только внимательно его разглядывал, стараясь скрыть удивление, читавшееся на его лице.
Не дождавшись ответа, Джек стал наблюдать за оказанием помощи раненным. В ход шли повязки и мази, обильно накладываемые на раны и тут же заматывающиеся быстро принесенными, свернутыми в рулоны, бинтами. Только с первым и последним, напавшим, двое одинаковых братьев, задержались дольше, и как видел Джек, они как-то использовали силу своих искр для заживления внутренних повреждений, этих пострадавших. Провозившись с ними минут пятнадцать, они также обильно наложили густую мазь на раны и закончили оказание помощи бинтованием.
Сосед Джека, встав, обошел его, снова внимательно разглядывая. Проводив взглядом незнакомца, сделавшего уже пару кругов, Джек стал разминать сводящие судорогой напряженные мышцы. Получалось это не очень хорошо, так как мышцы сводило по всему телу, заставляя его болезненно кривиться. Наконец устав бороться с надоедливой болью, он погрузился в "сон", внушая себе, что все мышцы расслаблены, мысленно пробегая по ним, он словно снимал и растворял в окружающем напряжение и усталость, наполнявшую весь его организм. Ощущение бодрости и подъема сил пришло к нему сразу, как он вышел из "сна", потратив на восстановление не больше ста биений сердца. Оказывается, и так можно отдыхать, настроение улучшилось, захотелось все-таки расспросить незнакомца, но он, как назло, куда-то запропастился. Тогда Джек, устроившись поудобнее, решил дождаться дальнейшего развития событий.
- Эй, новенький - один из четверки наставников подошел к Джеку, и не смотря на него отрывисто бросил - иди к себе, испытание закончилось.
Развернувшись, он удалился с арены, также как и все остальные, оставив задумчивого новичка одного. Как интересно я найду обратно дорогу? Джек оглядывался по сторонам стараясь вспомнить путь приведший его сюда. Да ладно, все равно нужно знакомиться с этим местом, с такими мыслями он пошел к ближайшему выходу с арены. Почти сразу он встретил сухого маленького старичка, с обветренным морщинистым лицом, подметавшего дорожку. Старичок сильно прихрамывал на левую ногу, отчего правая казалась длиннее сантиметров на десять.
- Здоровья и долголетия - Джек сдержано поклонился - пусть сила никогда не уйдет из ваших рук.
- Спасибо новенький - голос, казалось бы, такого тщедушного старика был низким и насыщенным, с различными, едва уловимыми, глубокими оттенками - пойдем со мной я покажу дорогу к твоему дому. Перевернув метлу, и опираясь на нее словно на посох, он медленно похромал по дорожке. Поравняться с ним Джеку не стоило никакого труда.
- Я Диш.
- Сламноу - пробасил старичок - метр Сламноу, уточнил он, с безразличным выражением лица, ковыляя дальше по дорожке.
- Уважаемый, метр Сламноу, не будете ли вы столь любезны и не расскажите об этом месте и общих правилах коим все подчиняются?
- Сейчас тебе это не важно, испортив отношения сразу с пятью семьями Торлора, тебе уже ничего не важно.
- С какими семьями? - Джек задумался всего на секунду - те пятеро, каждый представитель какой-то семьи?
- Верно - старичок остановился и тепло улыбнулся - тебе теперь отсюда ни ногой, прирежут сразу за воротами - в глазах его мелькнул озорной бесенок - проще всего, тебе Диш самому себе кишки выпустить и он, повернувшись, похромал дальше.
Дальнейший путь прошел в молчании. Джек философски переваривал известие, что теперь он в городе враг номер один, а старичка, похоже, волновала только чистота дорожек, с которых он, периодически останавливаясь и ворча что-то себе под нос, сметал мелкий мусор из стебельков и травинок. Добравшись до своего барака, Джек решил еще раз попробовать разговорить старичка.