Глаза Чуу-ура наполнились тянущей болью. Трудно стало смотреть. Мелькавшие ассуры внутри пня выжигали его глаза, заставляя опуститься веки. Решив, что он все равно не запомнит этой сложной последовательности замысловатых рисунков, Чуу-ур отвернулся. Боль не прошла. Наполняя глаза ноющим напряжением, что-то чуждое увеличивало внутри них давление, неотвратимо разрушая хрупкую конструкцию. Боль пошла дальше, ввинчиваясь в мозг, она вызывала приступы тошноты и апатии. Закрыв глаза, Чуу-ур отбросил происходящее далеко в сторону, концентрируясь и вставая на грань сна. Почти не обращая внимания на ожившего ворона, он внутренним взором смотрел на плескающуюся в его голове спутанную ассуру, прошедшую туда по зрительным нервам. Хаос переплетений постоянно менялся, в этой живой субстанции, постепенно увеличивающейся в размере. То, что оживляло Рыгача, зашло в него и теперь разрушало, ненужное сознание, чтобы занять его место.
- Видите это мой сын - откуда-то издалека пришел довольный голос - он сразу станет Рыгачем, и возглавит вас.
Чуу-ур уже не реагировал на происходящее, полностью сосредоточившись на танцующей ассуре, запускающей тонкие жгуты все дальше и дальше в его плоть.
Правая рука, поднялась сама, накрывая ладонью готовые взорваться глаза. Подсознание выдало решение.
Как раньше он стирал ассуры, так и сейчас вытатуированные кольца поглощали чуждое искусство, уничтожая заложенную в объемном рисунке душу Рыгача.
Оторвав руку от глаз, он успел заметить, как старик, начертал над шевелящейся фигуркой не сложную ассуру, и быстро отошел в сторону.
То, что произошло, по всей видимости, удивило только Чуу-ура, остальные зрители этого действа никак не отреагировали на произошедшее. Фигурка Рыгача резко увеличилась в размере, упругой волной расталкивая, всех находившихся поблизости, в стороны.
Бронированное чудовище покачнулось и, удерживая равновесие, вонзило в землю обе клешни. Выращенный монстр только отдаленно напоминал уродливые создания клагшей. Налитая силой фигура чудовища, была совершенна и по-своему прекрасна. Отдаленно напоминая хофов, у этого Рыгача основой был паук. Покрытый переливающийся броней он шевелил шестью лапами, в одной, известной только ему, последовательности. На треугольном туловище явно был начертан белым пятном вертикальный зрачок. Маленькая голова была усеяна россыпью мелких черных глаз, позволяя чудовищу видеть по кругу. Беловатые жвала хищно шевелились, реагирую на движения Чуу-ура. Широкие клешни с почти такими же, как у хофов, молочно белыми кромками угрожающе сжимались. Фигура паука была выверена и пропорциональна, если обычные рыгачи явно были конструктом, то у этого монстра невозможно было определить из чего он создан. Паук словно существовал и раньше, только был уменьшен и умерщвлен.
- Что мне надо с ним сделать? - план уже созрел в голове Чуу-ра, и он выжидал подходящий момент для атаки.
- Этого надо сразить - вижу в тебе нет страха, довольно заметил старик, я, пожалуй, подниму еще одного.
- Поднимай - ответил Чуу-ур, стелющимся шагом двинувшись в сторону опасного паука.
---------------------------------
Атака не получилась. Рыгач, качнувшись на лапах, неожиданно отпрыгнул в сторону, быстро сориентировавшись в происходящем. Чуу-ур не отступал, пытаясь приблизиться к бронированному монстру. Отказываясь вступать в схватку, паук большими прыжками, сохранял дистанцию, изучая своего противника. Наконец он атаковал. Две клешни пришли в движение, сближаясь под разными углами.
Чуу-ур ждал этого момента, его движения были скупы и расчетливы. Шаг вперед, уклон подставка лепестка. Осталось совсем немного до расстояния атаки.
- Пф.. - раздался недовольный голос старика - ты думал Раджхарад выдержит?
Удар клешни, глубоко распоров предплечье, отбросил Чуу-ура в сторону. Переломившийся клинок, вошел на одну треть ему в ногу.
- Вот и кровь, вот и кровь - бормотал себе под нос старик - стирая рукой с земли черную жижу.
Паук, не обращая на склоненного лекаря никакого внимания, медленно подходил к поверженному врагу.
Вытащив обломок клинка, Чуу-ур зажал кровоточащую рану, паучья броня не помогла против Раджхарада. Подобрав под себя ноги он, как змея, собрался в сжатую пружину, готовясь к броску. Сломанный, у самого основания рукояти, лепесток больше не мог ему помочь, и он резким движением метнул обломок клинка прямо в голову подходящего монстра.