Наконец очередь подняться со стула дошла и до Виктора. Глядя в лежащий перед ним список, начальник произнёс:
– Теперь послушаем объяснение исполняющего обязанности директора Никольского ремонтно-транспортного предприятия, Бирюкова.
Виктор поднялся и начал говорить:
– Недовыполнение плана на три процента от запланированного объясняется задержкой поставки запчастей для ремонтной зоны в начале года, а также невозможностью интенсифицировать производственный процесс в связи с кадровым дефицитом рабочего персонала. Думаю, что во втором квартале можно будет компенсировать упущенное и добиться полного выполнения полугодового плана.
– Думаешь? Индюк тоже думал, да в суп попал. Что делать будешь?
– Реагировать. Через пять минут представлю своё решение.
– Ну давай, посмотрим.
Вот и подошёл тот момент, который Виктор держал в своём сознании длительное время. Он положил на колени свой уже поношенный дипломат, достал оттуда лист бумаги и написал заявление об увольнении по собственному желанию в связи с нежеланием терпеть оскорбления со стороны начальника автоуправления. Начальник в это время был занят проработкой следующего директора. Дождавшись паузы, Виктор встал и положил своё заявление на его стол. Не ожидавший такого поворота начальник оторвался от списка руководителей предприятий и прочитал заявление:
– Это что?
– Моя реакция на ваше оскорбление.
– Ты что, оскорбился?
– Разумеется. Кстати, кто позволил вам говорить мне «ты»?
– Знаешь что… Знаете что? Мы здесь не в бирюльки играем, а производственные дела решаем.
– В любом случае у вас нет права оскорблять людей.
– Ладно, посидите. Закончим совещание – потом разберёмся.
В кабинете воцарилась абсолютная тишина. Никто из присутствующих не ожидал услышать такое от своего коллеги. С меньшим энтузиазмом начальник выслушал объяснения оставшейся части директоров, после чего сказал, что все мы работаем на благо страны, и закрыл совещание. Все поднялись, но не спешили уходить. Виктор тоже поднялся и, чувствуя устремлённые к нему взгляды присутствующих, обратился к ним:
– Уважаемые коллеги, вы, наверное, больше здесь меня не увидите. Всем, кто меня морально поддержал, спасибо.
Ответная реакция последовала в виде чуть заметных кивков в его сторону, далее люди стали расходиться. Начальник сидел со сжатыми на столе кулаками. Виктор сел на стул напротив него и устремил свой неморгающий взгляд на его переносицу, выдерживая паузу, пока тот заговорит. Наконец он начал кое-что произносить.
– Виктор Константинович, вы понимаете, что наше производство на благо страны работает, и невыполнение плана никак нельзя допускать.
– Геннадий Кузьмич, вы понимаете, что в последнее время поставки запчастей стали систематически нерегулярными, и здесь надо воздействовать на смежников, которые эти запчасти нам поставляют. Кроме этого, дефицит рабочих кадров тоже даёт свою долю в замедлении работы предприятия.
– Всё равно вы должны находить внутренние резервы и исправлять положение.
– Из-за дефицита рабочих кадров внутренних резервов практически нет, а те люди, что остались, используются на пределе возможностей.
– Надо соцсоревнование активно внедрять.
– Вы прекрасно понимаете, что в современных условиях это бесполезно.
– Но у других в этом что-то получается.
– Хотел бы я увидеть хотя бы одного из этих других. Давайте подведём итог разговора. У нас разные методы руководства, так что лучше подпишите моё заявление, чтобы в дальнейшем я не создавал вам проблем.
– Вы и так мне проблем не создаёте.
– Как же? Выражаю протест против индюка и некоторых ваших ненормативных выражений. Всегда рассматриваю мат не как стимулирующий работу, а как порочащий человека фактор.
– Здесь я вам возражу. Вспомните извозчика с лошадкой. Пока он просит её ехать, она стоит или чуть движется, а как загнёт хорошим матом – сразу побежит. Так и везде на производстве, никуда от потребности в мате не денешься.
– Современные люди не бессловесные лошадки, могут огрызнуться и сдачи дать, если их обидеть.