Из комнаты вышла Люда, по виду которой можно было заключить, что она в мрачном настроении. Следом за ней появился сопровождающий её Платон. Осмотрев Ксюшу в новом платье, она пробурчала:
– Узнаю доброго дядю, который всё может, только не кому надо, – она глянула на Виктора и продолжила: – Для чего ты ей всё это накупил, к свадьбе её готовишь?
– Ты, что, против?
– Уйди с моих глаз долой, совратительница!
Она замахнулась на Ксюшу, но Виктор успел перехватить её руки и взглядом подозвал Платона, чтобы передать ему истеричную женщину. Затем достал деньги и передал купюру Платону.
– Платон, вот тебе тысяча, купи ей что надо, чтобы она успокоилась.
Платон радостно сунул в карман купюру, вывел Люду во двор и повёл её дальше в сторону магазина. Сквозь рыдания она кого-то пыталась обвинить в своих бедах, что когда-то не сделала аборт. Ксюша ни на шаг не отходила от Виктора. Видя такую ситуацию, он предложил ей, пока до конца дня есть время, съездить к реке, искупаться и позагорать, тем более что теперь она может звонить дедушке по мобильной связи в любое время. Услышав такое, Николай Васильевич подтвердил, что им сейчас лучше уехать. Единственной просьбой Ксюши было желание оставить все покупки из её одежды в машине во избежание их повреждения со стороны разбушевавшейся матери.
В пути оказалось, что Ксюша, несмотря на то что она местная жительница, плохо знает расположенный не так далеко от дома лесной массив, и Виктор по своей памяти нашёл дорогу по лесным просекам к тому месту у реки, где когда-то бывал. По-прежнему это место было глухим, просматривались лишь еле заметные следы от протекторов когда-то заезжавших сюда автомобилей. В их машине хорошо работал кондиционер, но ещё высоко находящееся солнце привлекало к тому, чтобы позагорать и искупаться.
Вода в реке уже не была такой чистой, как раньше, но это не снижало желания в неё зайти. Обнаружилось только то, что Виктор, занимаясь другими делами, забыл купить Ксюше купальник. Собственно, бюстгалтер и другие элементы нижней одежды она себе выбрала, но о купальнике они оба забыли. Возвращаться в райцентр не было смысла, поскольку рынок к тому времени уже был закрыт. Она надела новый бюстгалтер, но ей так не хотелось его мочить, и, поскольку в зоне видимости не было никого посторонних, она решилась пойти в воду без этого предмета одежды, предварительно заручившись обещанием Виктора, что он ничего плохого о ней думать не будет.
Они вдоволь поплавали, затем он вынес Ксюшу на руках из воды, положил на траву возле машины и лёг рядом. Ему нравилось смотреть на неё в таком виде, наполненном непорочной чистотой и полном ему доверием. Она потянулась к Виктору с поцелуями, он ответил ей тем же, ласково промассировав ей грудь. Её дыхание участилось, она стала теснее прижиматься к нему, но дальше он ничего делать не стал, так как чувствовалось, что она мало что по себе в этой части знает и больше ни на что не претендует. Они позагорали, не боясь обгореть, так как солнце уже клонилось к закату, покупались ещё, наслаждаясь приятным контактом с водной средой, после чего Ксюша позвонила дедушке, который сообщил, что её мать с Платоном в ощутимо пьяном состоянии недавно пришли домой и уединились в своей комнате. Отключив связь, Ксюша сказала, что ей страшно возвращаться домой – мать в таком состоянии может на неё наброситься. Виктор предложил поехать в круглосуточно работающий придорожный отель, чтобы поесть, и, кроме того, там есть возможность переночевать. После того как они там поужинали, Ксюша, ещё раз позвонив дедушке, всё же решилась ехать домой.
Они возвратились поздним вечером при свете фар. Встретив их, Николай Васильевич сообщил, что в доме всё спокойно и они могут располагаться на отдых. Постелив на диване Виктору, Ксюша заперлась в своей комнате, предварительно пообещав кричать ему в случае любой опасности. Вопреки всем опасениям ночь прошла спокойно.