Спустя несколько дней в кабинете Виктора зазвонил телефон. Человек с другого конца провода, отрекомендовавшийся Евгением Денисовичем, предложил ему разговор на известную тему в месте, которое он сам определит. Виктор назвал место, где он раньше встречался с предыдущим заказчиком. В назначенное время Евгений Денисович подъехал на белой «Волге» и пригласил Виктора сесть на свободное правое переднее сиденье. Он сообщил, что является председателем колхоза «Заветы Ильича», находящегося в соседнем районе, и познакомил его со своим сыном Денисом, сидящим на заднем сиденье. Выяснилось, что Денис приступил к третьему году аспирантуры, но количество публикаций у него ничтожно мало, да и задел по диссертации практически отсутствует. А диссертацию надо представлять в сентябре. Естественно, прозвучали слова, что Денис ведёт достойный образ жизни, хорошо помогает отцу в колхозных делах, но Виктор оборвал такое восхваление и изложил все необходимые к выполнению детали и этапы работы, которые они хотят ему поручить. Чувствовалось, что многое в таких вопросах для них малопонятно, однако для Евгения Денисовича более предпочтительным является возможность купить то, что невозможно сделать. Оставалось только решить вопрос гонорара. Виктор предложил выйти на улицу. В отличие от предыдущего заказчика Евгений Денисович, видимо, привыкший торговаться, попросил Виктора назвать свою цену. Виктор терпеть не мог вести торговые разговоры и поспешил напомнить собеседнику, кто в ком нуждается – он в них или они в нём. Евгений Денисович стал предлагать какие-то материальные блага, вплоть до того, что у него есть женщины – исполнители эскортных услуг, но Виктор сказал, что такое ему не нужно и если соглашение заключить не удаётся, то разговор можно закончить. Он объяснил, что научная работа, о которой они мало что понимают, не есть торговля на рынке, и, пожелав им всего доброго, уехал.
Виктор терпеть не мог общаться с людьми, понятия которых базируются на принципе, что всё продаётся и всё покупается, с устремлением на то, чтобы сбить или повысить цену для достижения результата; с людьми, которые в выгодный для них момент продадут как что угодно, так и кого угодно. С неприятным осадком он вернулся на работу, но сформировавшаяся мысль о материале, который можно было бы разместить в публикациях и главах предполагаемой диссертации, оставалась в архиве его долговременной памяти. В появляющееся время он делал записи с перспективами публикации статей, только не указывал соавторов, как бы ожидая подходящего момента. Постепенно зачем-то возникали мысли о том, что можно разместить в разделе состояния изученности вопроса, а также в главах теоретического и практического исследований. В разговоре с Александром Яковлевичем Виктор изложил ему все детали состоявшегося разговора и поступившего ему торгового предложения, на что он понимающе кивнул головой и сказал, что ему просто жаль Сергея Сергеевича, что ему придётся ухудшить показатели по выпуску аспирантов. Наверняка и с ним председатель колхоза предпринимал торговые попытки договориться и, естественно, был отвергнут. Поневоле возник вопрос: как бы он реагировал в случае, если такое предложение поступило ему год назад, когда он ещё ощущал шаткость своей позиции? Какова вероятность того, что он мог соблазниться на предложение поторговаться? Слава Богу, что с опытом приходит выработка защитной реакции от такой нечисти.
В один из дней Виктору позвонила женщина, назвавшаяся Эльвирой Осиповной, пожелавшая с ним встретиться. Она сказала, что знает, где он работает, и попросила разрешения принять её в удобное для него время. Он ответил, что на работе будет долго, так что она может приехать. Ближе к концу дня в его кабинет зашла женщина благополучного вида, перекрывающая диапазон бальзаковского возраста, он предложил ей расположиться на стуле и приготовился выслушать.