С наступлением осени началась очередная битва за урожай, которая в свой сценарий не принесла ничего нового. Сентябрь был дождливым, в октябре погода наладилась, но начались ночные заморозки. Несмотря ни на что, транспорт, выделенный для перевозки собранных продуктов, работал исправно, победные рапорты звучали в привычном режиме.
В один из последних дней октября Виктор приехал в институт, чтобы оформить документы по практике и подвести некоторые итоги по курсовому проектированию. Зайдя на кафедру, он заметил среди сотрудников какие-то тихие обсуждения, в которых можно было уловить мотивы как жалости, так и насмешки. Подошедший к нему Александр прояснил ситуацию, рассказав о случившемся происшествии. Оказывается, в соседнем вузе на одной общеобразовательной кафедре несколько дней назад на работу перестал приходить один доцент, которому было около сорока лет. С кафедры стали его искать – оказалось, что дома его также нет. Его жена заявила в милицию о пропаже мужа, там решили проверить, на месте ли находится его автомобиль. В присутствии жены и работников кафедры открыли ворота гаража и обнаружили там его «жигули» с разложенными сиденьями, на которых лежат абсолютно голыми два трупа – его и одной студентки. Естественно, с женой истерика, ей скорую пришлось вызывать. Причина смерти – отравление выхлопными газами: было холодно, видимо, они запустили мотор, чтобы подогреться, и угорели. Теперь там проблема с похоронами, жена от него отказалась, так что хоронить его некому, видимо, придётся это делать работникам вуза. Студентка, что с ним была, родом из области, оттуда приехали её родители, теперь они обвиняют преподавателей на чём свет стоит. Заведено уголовное дело, которое находится на контроле в райкоме, там идёт партийное разбирательство по поиску крайнего в допущенном моральном разложении. По городу, естественно, идёт молва со всеми вытекающими подробностями.
Выслушав Александра, Виктор ощутил какое-то угасание работоспособности. Он никак не хотел никого ни обвинять, ни оправдывать. Попрощавшись со своим другом, он возвратился на место работы. Зайдя в приёмную, встретил Аркадия, выходящего из своего кабинета, который попросил его зайти с бутылкой водки. Там в хорошем настроении сидел участковый инспектор, проинформировавший их, что дело по происшествию с сыном прокурора закрыто, а самого прокурора перевели куда-то в другую область. Теперь в районе несёт службу другой прокурор. На этот раз Василий Степанович много не выпивал, просто обсуждал жизненные темы и немного затронул уже известное Виктору происшествие в одном из вузов города, высказав жалость к родителям погибшей студентки. Немного посидев, инспектор собрался уходить, пожелав собеседникам всего того, что хорошо заканчивается. Аркадий и Виктор пошли его проводить до въездных ворот, поскольку начинался снегопад, и надо было принимать меры по очистке гаражного двора. Возвращаясь назад по территории цеха, Виктор задержался возле верстака, где работал Семён Кривов, и поинтересовался, как идёт у него работа. Семён ответил, что всё хорошо идёт, проблем с порученными ему заданиями не возникает. Виктор похвалил его, упомянув, что в любом деле для достижения успеха необходима прежде всего чистота выполнения каждого этапа. Семён ответил, что во всём стремится обеспечивать чистоту, показав на прибранность рабочего места. Виктор пожелал ему успешной работы и пошёл дальше. Каждый из них правильно понимал содержание прозвучавшего диалога.
Сутками позже Вера рассказала Виктору долетевшую до неё новость о происшествии в педагогическом институте с уже некоторыми неизвестными ему подробностями. Ещё она сообщила, что женщины в основном осуждают преподавателя-изменщика, но что касается её мнения, то она сказала, что не может никого осуждать, не зная причин, побудивших этого преподавателя изменить своей жене. Виктор знал много случаев супружеских измен, инициированных как мужской стороной, так и женской. Всякий раз он пытался смоделировать ситуацию, как бы он повёл себя в каком-то конкретном случае. Например, в случае с его бывшей женой в начале совместной жизни мысли о манёвре налево у него не возникали. Однако после рождения ребёнка, когда его роль была сведена к миссии поставщика денег, он начал приглядываться к другим девушкам с намного большим, чем у его жены, содержанием эстрогена или гормона женской красоты, и с течением короткого промежутка времени к нему пришла убеждённость о совершённой ошибке в заключении брака. На тот момент у него возникали и такие мысли, что, может быть, всё и наладится, но попытка подавить его самостоятельность обусловила резкий перескок на отключение от всего прошлого, связанного с теперь уже бывшей женой. Сейчас он пытался смоделировать ситуацию, в которой смог бы сгладить острые углы и не допустить развода, но всё равно приходил к выводу, что такие углы так и так бы возникали, аккумулировались в памяти и порождали мысли об измене; тем более что никому в изоляции от женского общества существовать не удаётся. Естественно, в каждой семье ситуации с острыми углами возникают и какой-то след в памяти каждого оставляют. Тогда появляется вопрос с накоплениями обид или их обнулениями. Конечно, выиграет та женщина, которая пойдёт по пути обнуления обид, но и такой ход не есть гарантия от измены мужа. С другой стороны, ему было известно много ситуаций, когда по пути измены шли женщины от, казалось бы, вполне достойных мужей. Что ими двигало – понять трудно, скорее всего, сексуальная неудовлетворённость в сочетании с желанием познать больше новизны в этой жизненной сфере.