– Помнишь, как мы когда-то пригоняли грузовой автомобиль из-под Москвы?
– Конечно, мне было приятно с вами ехать.
– Помнишь, как мы подъехали к дому твоих родственников? Так я очень жалею, что тогда выпустил тебя из кабины, после того как ты меня поцеловала.
– Да, я тогда немного перепугалась. Тоже жалею, что убежала.
– Тогда всё могло бы быть иначе. А сейчас вот так. Что будем делать?
– Не знаю. Муж меня заставляет съездить к врачу, провериться, почему нет детей.
– Где он сейчас?
– На стройке в городе, на выходные сюда приезжает.
– Ты с кем-нибудь из медиков говорила?
– Только с Верой Дмитриевной – она сказала, что у меня всё в порядке, что для выяснения причины бесплодия провериться надо ему.
– Я даже не знаю, где вы живёте.
– У моей мамы.
– Как он к тебе относится – любит тебя?
– Вроде бы хорошо: деньги маме даёт, меня не обижает, но выпивает и мне спать с ним, пьяным, противно. И ещё меня беспокоит, что от пьяного мужа можно родить уродливого ребёнка.
– Ты его в контактах с собой как-то ограничиваешь?
– Нет, но он всё грубо делает, иногда даже больно бывает.
– Он тебя ревнует?
– Поначалу было, но сейчас не особенно.
– Хочешь с ним развестись?
– Не знаю, сейчас я хочу быть с вами.
– Давай так, на «вы», ты будешь меня называть только на работе.
– Хорошо, я хочу чувствовать тебя рядом, только сейчас мне нужно идти домой.
Он выпустил её через пожарный отсек и вернулся в комнату. Намечаемый служебный роман его не столько радовал, сколько удручал. Катя была весьма привлекательна как внешне, так и в плане интимного контакта, кроме того, мысль, что рано или поздно надо заводить семью, периодически возникала в его сознании. Однако, если следовать логике включения дальнего света, желаемая гармоничность отношений с ней просматривалась весьма туманно. Кроме этого, её замужество также содержало много неясного, в частности не просматривался конкретный вектор её желания. В конце концов, он допускал, что рано или поздно возникшая ситуация прояснится и ничего страшного не случится, если какое-то время он проплывёт по течению.
На следующий день Катя приобрела намного более жизнерадостный вид и с улыбкой на лице выполняла все детали своей работы. В кабинет к Виктору она заходила с внешним обликом женщины, располагающей какими-то правами. Со Светой они что-то между собой обсуждали, но вряд ли там что-либо озвучивалось из причин улучшения её состояния. Вечером она замкнула изнутри дверь приёмной и зашла в его кабинет, подошла ближе, обняла его. Он посадил её на колени и предложил пройти в его комнату. Там повторилось то, что было вчера, после чего она сказала:
– Я не знаю, что со мной происходит, но я хочу тебя, ещё и ещё.
– Неужели я могу тебя насытить?
– Да, только ты, больше никто.
– Завтра пятница, вечером твой муж должен приехать. Он тебя не насытит?
– Он может меня возбудить и резко закончить, а у меня от этого боль внизу живота появляется, мне хотя бы чуть ласки в этот момент, а он отворачивается и спит. Потерпишь без меня до понедельника?
– Куда ж мне деваться? Подожду.
Виктор ощущал, что она свободно разговаривала с ним на любую тему, употребляя интимную терминологию, в том числе касательно её отношений как с мужем, так и с ним, нисколько этого не стесняясь. Впрочем, два года назад он сам настроил её на свободу в обсуждении таких тем. Однако чувствовалось, что вряд ли она могла так свободно разговаривать, кроме него, с кем-то ещё, включая даже лечащего врача. Ощущалось, что ему она доверяет намного больше, чем кому-то другому, разве что только, может быть, своей матери. В понедельник вечером она снова была у него, как и в последующие дни и недели. Он не мог понять, чем его могла так очаровать маленькая щупленькая девушка, к тому же со статусом замужней женщины.
В таком режиме прошёл май, наступил первый месяц лета, характеризуемый окончанием полугодия и необходимостью отлучаться на несколько дней в сельскохозяйственный институт на заседания комиссии по защите дипломных проектов. На этот раз в той комиссии снова оказалась пресловутая Наталья Игоревна, спокойно относящаяся к работам парней и неимоверно придираясь к работам девчонок, и при обсуждениях итоговых оценок по защитам ему вновь приходилось с ней дискутировать и принимать решения, противоречащие её желаниям. В конце концов вся такая работа была выполнена, как и работа в начале июля по приёму на рабочие места студентов-практикантов из политехнического института.