«Но Граф умён — он наверняка подумает обыскать наиболее вероятные маршруты, которыми люди могут пройти пешком». Дорога к Приюту Пастуха будет стоить ему минимум половины для поисков, даже по воздуху.
— О чём ты думаешь? — спросила Грэйс.
— О ландшафте, — коротко сказал он.
— Ты вообще уверен, что они шли в эту сторону?
Он кивнул:
— Они должны идти вниз по склону, пока не достигнут реки.
— Это только догадка, или ты действительно видишь след?
Грэм вздохнул:
— Половина искусства следопыта заключается в том, чтобы предвосхитить действия добычи — следы просто помогают подтвердить, что ты не свернул не туда. Если слишком долго их не замечаешь, значит надо заново всё обдумать.
— Но ты же видел какие-то следы? — настояла она.
— Да, — сказал он ей. — Смотри туда, видишь ту сосну?
— Ага.
— Поверхность коры с одной из сторон оборвана, открывая более тёмный слой. Кто-то наверное задел её.
— Или это сделал лось, — предложила она.
— Я не видел никаких лосей, но я точно знаю, что несколько человек поспешно двигались здесь вчера, и я заметил ряд похожих следов, пока мы спускались.
— Но ты вполне можешь преследовать лося.
Грэм сделал глубокий вдох:
— Теоретически, полагаю, что это возможно, но только если лосей было несколько.
— Почему несколько?
— Из-за количества следов. Видишь вон там? Эти листья потревожены. Не могу точно сказать, что это сделало, но какое бы крупное животное это ни сотворило, их наверняка было несколько, иначе я не замечал бы эти следы так часто.
— Значит, это может быть стадо лосёв, — сказала она, сдавленно хихикнув.
— Для слова «лось» винительный падеж множественного числа будет «лосей», — поправил он.
Грэйс согласилась:
— Я знала, что тебя это заденет.
Остановившись, он выдернул маленький, худосочный куст с белыми цветами и тонкими листьями. Двинувшись дальше, он начал срывать листья и цветы, жуя их на ходу.
— Это съедобно?
Грэм поморщился:
— Тысячелистник, — сказал он ей. — Вкус сам по себе ужасен, но есть можно. Но лучше добавлять его в чай или в рагу.
— Не похоже, что его тебе хватит надолго, — обеспокоенным голосом прокомментировала она.
— Не хватит, — признался он, продолжая жевать горькие листья. — Но помогает каждая мелочь. Если я не смогу съесть его весь, то остатками могу натереть кожу. Отпугивает комаров.
— Полагаю, вы действительно не бухали и не бездельничали все те утренние часы.
— Ты действительно так думала?
Она конечно же так не думала, но смысл их разговора был не в этом. Грэйс сильно беспокоилась о шансах Грэма на выживание. Она знала, что не сможет отговорить его от его нынешнего решения, но у неё было такое ощущение, что если она не будет поддерживать ему хорошее настроение, то он в конце концов впадёт в отчаяние.
— О, я и не думала, — возразила она, — но твоя мать с большим облегчением услышит, что ты в самом деле делал что-то практичное. Они с сестрой начали гадать, не начало ли у тебя развиваться неестественное влечение к некоторым овцам.
— Что?! — воскликнул он, прежде чем одарить её унылым взглядом. — Вот теперь я точно знаю, что ты выдумываешь. Карисса даже не знает о таких вещах.
— Я не стала бы утверждать так категорично. Она в последнее время задаёт много вопросов про мальчиков.
Он зарычал:
— Про каких мальчиков? — Мысль о мальчиках и о его сестрёнке была для него больной темой.
Грэйс засмеялась:
— Никогда не скажу.
Низины они достигли к середине утра. Там двигаться было проще, за исключением редких валунов или иных препятствий. Грэм собрал ещё растений, которые увидел растущими на низинном лугу у небольшого ручейка, который в конце концов станет Рекой Глэнмэй.
— А у этого вкус лучше, чем у тысячелистника?
Грэм улыбнулся:
— Гораздо лучше. — Он поднял только что вытащенный из земли куст, чьи корни имели розовый цвет, который было видно через налипшую на них землю. — Это — амарант. Жаль, что семян ещё нет — на можно довольно хорошо выживать. Листья годятся как зелень, но их самих не хватит.
— Этому тебя научил охотник?
— Вообще-то этому я научился у Бабушки — она раньше отправляла меня собирать их для неё. Ей нравится их вкус. Говорила, что там, где она выросла, их на самом деле растят в пищу.
— Мы действительно сможем найти для тебя достаточно пищи?
Он поморщился:
— Труднее всего будет собрать её достаточно, при этом не останавливаясь. Я, наверное, могу найти черёмуху, одуванчики, возможно даже сколько-то крыжовника, но всего этого не хватит. В конце концов нам придётся достать мясо или рыбу. А всё остальное только задерживает голодание.