Получалось что в нашем отряде находятся два моих будущих «сотоварища» по обучению. Макс, как человек — вроде нормальный, пока. Слишком коротким было наше знакомство. К его прошлому относился спокойно. Мало ли какие обстоятельства могли вывести на кривую дорожку. Много ли шансов сироте пробиться в сытую спокойную жизнь? Крайне незначительные, близкие к нулю.
Мара… обманщица и воровка вызывала скорее раздражение. Странные скачки от дикой кочевницы до примерной горожанки вызывали недоумение и вопросы. Злость прошла, как и желание выяснять нюансы поведения. Девушка крутилась всё время возле Эльзы, ловила каждое слово и вроде бы была вполне довольна своей судьбой. Хотя, как понимаю, путешествие за «знаниями» было обязанностью из разряда добровольно-принудительных. От которой нельзя отказаться. Девка была явно не простушка и, честно, ничего хорошего от неё не ждал. Лживая … женщина …
Передвигались будущие абитуриенты на лошадях. И если для Мары средство передвижения было привычным, то Макс снова удивил. Он не только уверенно держался в седле, но и грамотно ухаживал за животным в минуты отдыха. Неожиданные умения для обитателя трущоб и ночных улиц. Вообще с этими двоими больше вопросов, чем ответов.
Сопровождали наш отряд уже знакомые псевдонаёмники. На деле оказавшиеся охотниками за нечистью и прочими противниками Ордена Истины. Ребятами тёртыми, крепкими и резкими. Что не стеснялись ни в выражениях, ни в отдыхе, ни в рукоприкладстве. Впрочем к Мэду и Эльзе относились с равнодушной осторожностью, а к Нурлану ещё и с толикой любви и какой-то нежности что ли… насколько это возможно в мужской среде. Неожиданный разрыв шаблона.
Да, бард и сказитель решил часть пути проехать с нами, расположившись с удобствами в фургоне охраны. Пока здоровяк охранник рулил битюгами, Нурлан, развалившись подобно мне на тюках, наигрывал мелодии на своём инструменте и иногда начинал петь, доводя суровых мужей до состояния детского восторга. В такие моменты воины старались держаться поближе и на ходу ловили каждое слово. Особенно если это касалось героических баллад с трагическим концом. Где присутствовала честь, отвага, самопожертвование и любовь. Внешне суровые и безжалостные бойцы украдкой смахивали слезу, заслушавшись песнями маэстро. Надо сказать что подобного звания он полностью заслуживал, мастерски играя нашим настроением и восприятием окружающего мира, стоило пальцам коснуться струн. На меня самого странно воздействовало искусство хуманса. Я довольно спокойно воспринимал тексты, порой даже равнодушно и излишне скептически, но музыка… Было в этом что то необыкновенное, не от мира сего, странное волшебство, чудо… Камертон моей души колебался в такт с необыкновенной музыкой. Странно. Не был я раньше меломаном. А может изменения были во мне самом, кто знает. Другой мир. Другое тело. Даже мозги другие …
Продремав почти весь день, лишь во второй половине избавился окончательно от сонливости и восстановил способность мыслить трезво. Слабость на время отступила, тело слушалось. Руки сгибались-разгибались как положено. Состояние организма не вызывало воспоминаний о Франкенштейне. Хорошо быть здоровым.
Вольно раскинувшись на своём ложе я снова перебирал в памяти разговор с гоблином. Не до конца ясные моменты ещё больше запутывали понимание ситуации. Не складывалось. Логика хромала. Додумывать не хотелось.
Разговором наше общение можно было назвать с большой натяжкой. Говорил в основном я, задавая вопросы и рассуждая. Гоблин объяснялся жестами и порой в моём сознании появлялся некий эмоциональный окрас, своеобразный посыл от Буча, в котором он выражал удовлетворение или недовольство моими рассуждениями. Что хоть как то помогало вести нить общения и понять немногое…
На момент, когда прихватил зубами горло твари, я практически умер. Когти вампира пробили печень и… в принципе — всё. Каким чудом рядом оказался Буч, как он смог воспользоваться камнем колдуна и вытащить меня с того света, иначе как сверхъестественным везением не назовёшь. И конечно знания… Подобно моему учителю он явно прекрасно понимал что такое «Камни Крови» и как ими пользоваться. Но остальное… Для чего гоблину понадобилось скармливать мне «Слезу Ночи» до конца не оставалось ясным. Он утверждал что так было надо для моего… выживания? Не совсем правильное слово, если сравнить с камнем крови. При этом прослеживался некий непонятный подтекст… про который Буч объяснять ничего категорически не захотел. На вопрос — почему Лер Монус ничего не заподозрил и не смог обнаружить кристалл с трудом понял, если не путаю, следующее. «Слеза» представляла из себя вовсе не драгоценность или магический камень насыщенный энергией, а что-то вроде нейтрального… артефакта? Зародыша? Семени? Механизма? Сразу вспомнился фильм «Чужой», воображение пошло вразнос… замелькали кадры… что испортило настроение не на один день. Что за дрянь… Была надежда что мы с гоблином не до конца понимаем друг друга и возможно каждый момент со «слезой» трактовал по своему. В любом случае эта непонятная хреновина то ли искусно замаскировалась, то ли растворилась в моём теле. Оставалась ещё робкая надежда что у моего спасителя большие проблемы с головой и я избавлюсь от этой напасти естественным путём. Как здоровый организм выкидывает всё лишнее… Ну вы понимаете…