Влетел я с ходу в шалман, именно такой образ всплыл в голове, когда узрел окружающую публику. А публика с интересом уставилась на меня. Народец был ещё тот, мутный донельзя и весьма неприятный
— Вечер добрый достойным бродягам и прочему люду! Подсознание сработало на автомате. Жизненный опыт и сериалы, многочисленные и любимые, оставили неизгладимый след в памяти. Вот так с ходу, не задумываясь. Глядя на мерзские рожи ничего другого сразу и не сообразишь. Народ расслабился и вернулся к своим делам. А у меня появилось время оглядеться по сторонам. Несколько столов, массивных и неподъёмных. Скудное освещение от масляных чадящих ламп. Помещение заполненное людьми. Чьи рожи и ухватки не оставляли места для широкой фантазии. Дно общества, в местном варианте. Надеюсь что больше воры, чем серьёзные бандиты. Хотя какая разница, кто нож в печень воткнёт.
Дружную гоп компанию, лихо обобравшую меня, я заметил сразу. Так и сидели втроём. Заросший детина и двое парней. За отдельным столом в уголке. Заставленным кружками пива и большими тарелками с закусью. По глазам вижу — узнали родимцы погорельца. Недолго думая присоединился к празднику жизни. На мои гуляем, чего стесняться
— Здорово парни!
И сразу кабатчику:
Эй, хозяин! Лучшего пива сюда! Друзья угощают
— С чего нам тебя угощать, поц?
Прогудел здоровяк. Ох и воняет же от него…
— На мои гуляете
— Попутал? Наша казна, руки не протягивай
— Не мужик, кошель мой, дорог как память
— Парень, ты случаем не охр…
— Вот только начал
— А не пошёл бы ты…
— Что Ахрим? Проблемы?
Сбоку подошёл сухощавый седой мужик, с заметным рубцом на левой щеке.
— Да вот, Шрам, поц каких то денег требует…
Деловой перевёл взгляд на меня:
— Кто будешь?
— Раб Божий, сшит из кожи.
— Чего хочешь?
— Парни заблудились, не своё взяли
— Много было?
— Мне много не надо. Мне нужно саоё
— А ты скромный.
— Беру ношу по себе …
— Что б не падать при ходьбе?
Закончил ухмыльнувшись Шрам.
— Врагов не ищу. Но и обид не прощаю.
— Да не пошёл бы он! Чем докажешь?
Не выдержал рыжий.
— На том поле где ты мышей ловил — я всех котов передушил. Кошель мой лежит у твоего приятеля в суме, что с правого бока весит. Тесёмочкой шёлковой перевязан.
— Ну и что. Было ваше — стало наше. Чего с тобой базарить!
— Базарят бабки на базаре. Мы разговоры разговариваем.
Снова включился Шрам:
— Не хотят тебе бродяги барыш отдавать. Работу сделали, на Общее занесли. Какие вопросы?
— Моё дело сказать — их услышать. На нет и суда нет
Пожал плечами
— И что делать будешь?
С интересом спросил Шрам.
— Чужого мне не надо, но своё я возьму, чьё-бы оно не было. Я подумаю. Надумаю — узнаешь.
— Угрожаешь? Умереть не боишся?
— Если умру — только со смеху.
Бестолковый разговор. Пора уходить, пока народ мирно настроен. Я встал из за стола
— Без радости была любовь, разлука будет без печали. Не прощаюсь. Ещё увидимся.
— Да заходи, если что.
Осклабился Шрам. Гоп компания заржала ну веселитесь… пока. На улице стемнело. Эта часть города практически не освещалась. Как в народе говорят — хоть глаз выколи. Вот сейчас моё второе зрение и пригодится. Подойдя к поленнице, привалившейся к стене кабака, выбрал полено покрепче и поухватистей. Еле успел успел отойти на пару десятков метров и встать в небольшой проём между домами, в переулке, как дверь шалмана распахнулась и выкатились две фигуры. Двое из ларца — одинаковых с лица, рыжий и русый парни. Мне повезло. Здоровяка не было, то ли уже набрался хорошо, то ли зазорно такой рутиной заниматься. Парни огляделись, ругнулись и пошли в мою сторону. Дорожка нахожена, хоть и не видно ни зги, шпарят на автомате по привычке. Маршрут в голову забит, темнота делу не помеха. Ну и чудненько. В моём случае с обзором было хорошо. Как будто армейский ПНВ включил. Серенько, без ярких красок, а так, что требуется — всё видно.
— Далеко наверное ушёл
— Не, темно. Здесь до поворота по прямой шагов двести, нагоним
— Не слышно что то. Может затаился где? Ждёт?
— Кишка тонка
— Опасный тип