Наконец всё «движимое» было собранно. Я не стал мелочиться и на откровенную дешёвку время тратить не стал, это коснулось в первую очередь мелких серебряных монет. Больше одной зараз Оззи не носил и действие грозило затянуться на долго. Не знаю сколько минуло с начала операции, но вполне достаточно чтобы брать ноги в руки и бежать отсюда с добром как можно быстрее. Удача женщина переменчивая, всему свой срок. Внимательно, ещё раз, осмотрев комнату я махнул подельникам.
— Дальше стола не заходить. Хабар на столе. Перстень не трогать, опасно.
Минуты не прошло как мешок наполнился добром. Шкатулка отправилась следом. Шрам кивнул на шкафчик.
— Остальное?
— Не советую. Защита. Если горит — без меня
— Вопросов нет. Уходим.
Старик сторож также звучно свистел носом, порой всхрапывая, в каморке возле кухни когда мы покидали дом. Вечером новый приятель угостил его домашним самогоном. Из-за сильного сивушного запаха был почти неуловим запах одной редкой травки, помогающей от бессонницы.
По просьбе Шрама мы, как могли, восстановили порядок, чтобы не сразу бросалось в глаза чужое незапланированное посещение. Ящики в шкафу были задвинуты, в меру скромных сил моего помощника, «сигналка» включена, двери закрыты.
Смысл этого действия меня не сильно трогал. Ну хочет вор «красоту» навести — его дело. Тут только на стол посмотришь и всё понятно, половины вещей нет. Не мои заморочки, ему виднее. Расстались мы в том же переулке. Хотелось конечно запустить руки в мешок и взять полными горстями, на счёт золота уговора не было. С другой стороны… гнилое всё же дельце, не моё… Не говоря о последствиях. Завтра на свежею голову разберёмся.
Глава 33
Фингал налился синевой и настроение от этого падало ниже плинтуса. Небольшой кусочек зеркала на стене отражал помятую физиономию со следами вчерашних посиделок. Нижняя челюсть двигалась словно насквозь проржавевший ковш древнего экскаватора. Голова гудела набатом. Да и остальные части тела не совсем адекватно отвечали взаимностью, заставляя двигаться вдоль стенки осторожно перебирая ногами. Надо ж было такому случиться… Меньше всего после ночных трудов неправедных ожидал подобного сюрприза.
Подходя к ставшему почти родным трактиру, заранее радовался свежести чистой наволочки и теплу шерстяного одеяла, предвкушая приятную расслабленность и удовольствие от возможности раздеться и рухнуть на широкую кровать. Освободить голову от дурных мыслей и восполнить сном запас сил, душевных и физических. Лепота…
Открыв дверь первым что я увидел — кувшин летевший мне в голову, а точнее в левую бровь и скулу, чем «удачно» принял эту «подачу»… Удар был не то что сильный, с ног не свалил, больше ослепил внезапностью переменчивости течения жизни. Из за чего не смог адекватно среагировать на сей посыл. Кувшин отправился в полёт чуть раньше по времени, чем я взялся за ручку двери. Предугадать такое действие мне было просто невозможно. Словив на несколько секунд хоровод обильных звёздочек, а заодно лёгкий ступор — сумел быстро очнутся и даже уклониться от следующего предмета. Вилка воткнулась в дверь возле левого уха, задрожав от гнева из за своего промаха.
Вот это встреча. Что за… В питейном заведении бушевала драка. Внешне, по аллегории, напоминающая морской шторм, во всей его красе. Группа хумансов кружилась в схватке, словно волны моря в непогоду, причудливо сочетая приливы и отливы людской массы вокруг неподвижных «рифов» столов и неподъёмных скамеек. Увернувшись от волосатого кулака я не задумываясь двинул головой в лицо вопящего и издающего миазмы перегара и вонь немытого тела кряжистого мужичка. Даже при общем оре я услышал хруст ломающегося носа и вопль недовольного лишенца. Тут же, мгновенно пришлось отпрыгнуть в сторону, избегая удара короткой опасной штуковины, весьма похожей на кистень. В умелых руках подобная дрянь голову проломит на раз-два. Приятель пострадавшего, похожий на него как брат близнец, пёр на меня словно бронепоезд «Заветы Ильича» на белогвардейскую нечисть, имея немалые шансы на успех. Тяжелее меня кило на двадцать и шире в плечах, эта помесь хуманса с гномом пыхала как паровоз злобой и ненавистью, стремясь достать своими мясистыми оковалками. К моему счастью, у кого то хватило здоровья поднять одну из немногих громоздких скамеек и обрушить на голову наглому ублюдку, отправив его в аут. Эти произведения столярного искусства можно было смело использовать при штурме города, случись такая оказия, если бы к баллистам закончились каменные ядра. Последствия были бы одинаковы.