«Уфф! Такое зрелище достойно пера самых знаменитых художников-баталистов!» — выдохнул старпом, обернулся и замер, потому что одно дело смотреть, как самолеты штурмуют корабли, идущие где-то впереди, и совсем другое — увидеть, как их осиный рой приближается именно к твоему судну. Ход сражения повторялся почти в точности. Ведомые самолеты, не выдержав обстрела, сбросили торпеды и теперь, подставив в развороте черные кресты, уходили в сторону. На боевом курсе оставались только два «хейнкеля». Так же, как и в первой группе, не свернул в сторону ведущий, и еще пытался приблизиться на убойную дистанцию второй торпедоносец, идущий чуть правее командира. Но вскоре и у него нервы не выдержали, он сбросил торпеды и взмыл в спасительную высоту. Но лидер не свернул. И Долгов видел, что идет он точно на них. В носу самолета будто вспыхнул фонарик, и вокруг танкера заплясали фонтаны от пулеметных пуль. Идущий сзади эсминец, вывернув в сторону все стволы и заглушая рев самолетов, вел огонь по упорному торпедоносцу. И стрелял он неплохо. Старпом видел, как от самолета отлетают куски обшивки и на крыльях вспыхивают огненные шары попаданий. Но лидер не сворачивал. С держателей слетели торпеды, и лишь тогда он изменил курс, но уйти уже не смог. Столько попаданий самолет выдержать был не в состоянии, он начал рассыпаться в воздухе и вскоре рухнул между шарахнувшимися в стороны кораблями.
Долгов взглянул на мечущихся возле неожиданно замолчавшей пушки зенитчиц, затем на разлетевшийся под пулеметным огнем ящик с отстрелянными гильзами, и тут его взгляд наткнулся на прячущегося в шлюпке Рябинина. Василий был там, где он его и оставил. Из открытого окна радиорубки выглядывала Мария Изопова и, вывернув вверх голову, смотрела на кружащиеся в небе самолеты. И тут вся картина маслом встала во всей ясности перед глазами Долгова. Это был момент истины! В той, другой жизни и истории несущаяся в борт танкера торпеда уже решила их участь. Но это было в той, другой. А в этой истории был он.
— Васи-ли-ий! — срывая горло, закричал старпом. — Вон из шлюпки!
Он рванулся вперед, намереваясь вышвырнуть из шлюпки удивленно глазевшего на него Рябинина. Но тут пришел в себя ничего не замечавший, кроме своего обидчика, Федоров. Вцепившись в ногу старпома, он начал ее выкручивать и даже попытался вцепиться зубами в ботинок.