— Йен!
Он уперся в нее пристальным взглядом. Наступило неловкое молчание. Сабрина сама не ожидала, что перейдет на крик.
Но она не извинилась. Гордо подняла голову и четко произнесла: — Может меня кто-нибудь проводить в мою комнату? Я хочу распаковать вещи, и мне нужно помыться.
— Конечно. — Иен щелкнул пальцами, и из высокой аркообразной двери появилась крохотная темноволосая служанка. — Это Мэри, — коротко сказал он. — Она проведет тебя наверх.
— Добрый вечер, миледи. — Мэри присела в застенчивом, неумелом реверансе. — Пожалуйте сюда…
Сабрина утомленно улыбнулась и пошла следом. Иен не удостоил ее ни единым взглядом. По какой-то неведомой причине девушка почувствовала, как ее кольнула обида. Она упрямо говорила себе, что это из-за усталости. К тому же она предпочитала безразличие мужа его дружелюбию и уж, не дай Бог, пылкой страсти.
Комната, в которую провела ее Мэри, оказалась втрое больше той, что она занимала в Данлеви. Сабрина с интересом рассматривала стоявшую напротив окна массивную кровать, пока рядом не заметила прислоненный к стене меч.
Девушка напряглась. Это комната Иена. Но Иен не собирается делить с ней спальню. В этом Сабрина не могла ошибаться. Он дал ей ясно понять, что не испытывает к ней желания. Она повернулась к Мэри и уже хотела сказать, что служанка ошиблась, как увидела, что вошли еще двое слуг и стали устанавливать у камина большую деревянную ванну.
Сабрина вздохнула. Не беда, если она помоется здесь. Йен занят внизу, а у нее потом хватит времени отыскать свою спальню. Через четверть часа супруга хозяина замка уже нежилась в горячей воде у огня. Мэри оказалась девушкой одного с ней возраста, говорила тихо и казалась застенчивой. Она напомнила ей Эдну. Воспоминание о маленькой служанке заставило болезненно сжаться горло, и Сабрину охватила волна грусти. Никогда больше она не увидит ни Эдны, ни Данлеви.
И уж конечно, никогда не встретится с Джеми…
Сабрина встала, надела чистую рубашку и светлое шерстяное платье, которое Мэри извлекла из ее дорожной сумки. Служанка досуха расчесывала перед огнем ее волосы, когда заметила, что госпожа смотрит на остальные распакованные вещи.
— Не беспокойтесь, — поспешно сказала она, — все платья до единого я уложу вот в этот сундук. — Мэри указала подбородком в сторону окна. — К вашему возвращению с ужина все будет готово, миледи.
— Но я здесь не собираюсь спать, — возразила Сабрина; она считала это само собой разумеющимся. — Так что можешь не спешить. Не хочу загружать тебя ненужной работой.
Расческа замерла в воздухе, и служанка посмотрела на нее, как на ненормальную.
— А где же вам еще спать, как не с мужем?
Сабрина не знала, как бы лучше объяснить, что не все супружеские пары делят одну спальню. У ее родителей, например, было заведено по-другому. И ее отец до сих пор содержал в неприкосновенности комнату жены. В семье Мэри был явно иной обычай. Но не успела Сабрина вымолвить и слова, как в дверь постучали и мужской голос объявил: — Ужин накрыт в зале, миледи. Милорд просит вас присоединиться.
В желудке у Сабрины засосало, и она почувствовала, что в самом деле голодна. Руки машинально поднялись к голове, пальцы принялись разбирать пряди волос, чтобы заплести их в косу.
— Ох, мэм, не надо, не заплетайте их, — жалобно попросила Мэри. — Они такие красивые.
Сабрина замерла, прикусила губу и смущенно рассмеялась.
— Но, Мэри…
— Пожалуйста, мэм. Я никогда не видела таких пышных, красивых волос. Правда-правда!
Снова раздался стук в дверь, но на этот раз более настойчивый.
— Миледи?
— Ну хорошо, — вздохнув, пробормотала Сабрина.
Служанка радостно бросилась открывать перед ней дверь. В коридоре стоял плотный вооруженный человек, готовый сопровождать ее к ужину.
В зале он указал на место, где невдалеке от камина возвышался над другими Йен, и оставил ее одну. Сабрина в нерешительности задержалась у подножия лестницы. Муж не видел ее, потому что стоял к ней спиной и разговаривал с одним из своих воинов.
Вокруг все бурлило. Зал был набит мужчинами и женщинами, и буйные голоса и смех отражались от высоких балок потолка. Сабрина была уверена, что все члены клана от гор и до моря собрались в этот вечер в замке. Аромат жареного мяса смешивался с запахом крепкого эля.
— Ты Сабрина? — неожиданно раздался чей-то голос. Рядом с ней остановился высокий седовласый старик. И хотя его плечи сгорбил возраст и он опирался на дубовый посох, девушке пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Лоб и щеки мужчины прорезали многочисленные глубокие морщины. Темные, как грозовые тучи, глаза смотрели пытливо. Глаза Иена, отметила она про себя.
— Да, — от неожиданности девушка немного растерялась, — я Сабрина.
— А я Малькольм — брат деда Иена, Фергуса. — Запавшие губы старика сложились в улыбку. — Да ты, Сабрина, красавица, какой свет не видывал! Малышу Иену здорово повезло. Добро пожаловать в наш клан, дочка!
Девушка невольно улыбнулась в ответ. Все в этом человеке говорило о немощи, но некогда, в молодости, он, безусловно, обладал мужественной внешностью.
— Теперь понятно, откуда Иен унаследовал свой огромный рост. — Сабрина еле доходила до плеча старика. Она заметила, что его выговор был мягче, чем у мужа.
Малькольм хрипло рассмеялся, и от этого его плечи под пледом мелко затряслись.
— Кровь Мак-Грегоров, дочка.
В этот момент какой-то подгулявший воин, который и раньше выписывал ногами кренделя, рухнул рядом с Сабриной и чуть не свалил ее на пол. Ему удалось подняться, и он, шатаясь, поплелся дальше.
Малькольм покачал головой: — Прости нас, дочка. Мы, горцы, не привыкли извиняться за то, что нам весело. Вернулся глава клана… да еще с женой… — Он снова покачал головой. — Присоединяйся к празднику.
Старик кивнул на ближайший стол. И не успела Сабрина оглянуться, как перед ней поставили еду. Малькольм опустился напротив.
— Я слышал, ты из Данлеви? Девушка кивнула.
— Это там, где когда-то воспитывался Иен, — припомнил он, и седая кустистая бровь изогнулась. — Значит, ты знавала его, когда он был еще заносчивым юнцом?
— Знавала, — усмехнулась Сабрина. — Он часто дразнил меня смазливым чертенком.
— Она меня — горским принцем, — раздался за спиной голос Йена. — Как тебе это нравится, дядя?
Сабрина вся напряглась. Муж сел на свободное место рядом с ней. Значит, все-таки соблаговолил ее заметить.
Прежняя клятва была забыта.
— Я вам скажу почему, дядя. Потому что он был надутым и самонадеянным. — Ее жало разило быстро и точно.
— И остается таким и теперь.
Фрейзер, сидевший верхом на лавке рядом с Малькольмом, услышав ее ответ, громко расхохотался.
— Я смотрю, эта красотка, Иен, поставила тебя на колени. Сдается мне, она из тех, кто может укротить Мак — Грегора.
Сабрина осмелилась поднять на Иена глаза. Улыбка нарушила жесткую линию его губ, но она чувствовала, что муж задет.
Вечер шел своим чередом. Иен сидел рядом, и Сабрина с трепетом ощущала его близость. Его длинные ноги вытянулись рядом с ее. Между собой они говорили мало, но в поздравлениях недостатка не было.
От лиц и имен у Сабрины кружилась голова, и она надеялась не забыть ни одно к утру, хотя прекрасно понимала, что многие из гостей сегодняшний праздник едва ли запомнят, так они были пьяны.
В отличие от родичей Иен пил весьма умеренно. Правда, кто-то из соплеменников говорил, что во время торжеств по поводу провозглашения его главой клана он выпил до капли рог вина и не свалился замертво.
Но Сабрина была не права, когда полагала, что муж ее не замечает.
Ее чистый, свежий аромат кружил ему голову, будоражил разум и чувства. Иен мечтал зарыться пальцами в ее волосы, повернуть к себе, испить аромат ее губ. И все время, пока он оставался в зале со своими воинами, не мог думать ни о чем другом. Кирби отчитывался о событиях последних двух недель, а Иену хотелось послать его к черту со всеми делами, прокрасться наверх и забраться в ванну к своему маленькому смазливому чертенку.