В ту ночь мне отбили, всё что хотели. Я стал импотентом.
Эти воспоминания всегда будто прокалывали насквозь моё сердце.
И как после этого я посмел надеяться на счастье? Как посмел сделать предложение Эве? Как я мог подавать ей надежду на близость?
Но я так хотел иметь детей, я так полюбил её ребенка...
Почему же я так и не нашел в себе решимости сказать правду?...
Вот уже часа три, как я бродил по пустынному пляжу.
Всё – надо возвращаться. Надо собрать свою волю в кулак и всё ей рассказать...пока не станет поздно. У всех должен быть выбор!
Я вошел в дом. Тишина.
-Эве!- нет ответа. Может она спит? Я быстро вбежал на второй этаж и зашел в её комнату. Никого. В душу потихоньку начал закрадываться страх.
Обойдя весь дом и сад, я не обнаружил ни каких следов.
Паника охватила меня, но я все ещё надеялся, что она где-то гуляет. Я пустился бегом по всем местам, где мы обычно гуляли. Её не было нигде.
Обессиленный, я вновь пришел домой.
Неподвижно я просидел на диване еще часа три.
Хлопнула входная дверь. Во мне проснулась надежда...но тут я услышал звонкий голосок Лизи, оповещавший о её приходе с учебы.
-Ну что детки мои, как без меня поживали?- в комнате появилось улыбающееся личико сестренки.- Представляешь, мы сегодня рисовали с натуры! Это было прекрасно...-она чуть ли не прыгала от счастья.
-Эй, что с тобой? На тебе лица нет! она мягко села рядом со мной. Её личико в миг погрустнело, в глазах появился страх.-Г..де Эве?
Мое молчанье было её ответом.
-О Боже...-её шепот шелестом прошелся по пустой комнате. Эвелина как лучик света освящала своим присутствием, своей жизнерадостностью, своим смехом, состоящих из перезвонов колокольчиков. Без Эвелины весь дом стал пустым и безжизненным.
В полной тишине мы просидели где-то пол часа.
Первой нарушила молчанье Лизи.
-Ты её искал?...-меня даже удивил такой вопрос.
-Конечно.
Вдруг мы услышали шаги по гравию перед домом. Хлопнула дверь. Мы с Лизи, не сговариваясь, кинулись в прихожую.
О, как горько мы разочаровались!
Это была не Эве.
В дверях, на фоне освященного сада, виднелся мужской силуэт.
Глава 18.
Дик.
Прошло уже больше полугода, как я уехал из дома. Отец таскал меня по всем нашим офисам, находящихся в крупных мегаполисах США. Я попытался уйти с головой в работу, что бы хотя бы днём не думать о прошлом.
Я стал ненавидеть ночь. В это время суток на меня роем наваливались мысли и терзания, сопровождаемые бессонницей. Я всё пытался осознать, вспомнить, что же всё-таки произошло той ночью в баре. Почему я ничего не помню? Бедная моя маленькая Эве... Как я мог?! Я – скотина, тварь!
Я перестал уважать себя. Ненависть к самому себе разъедала мою душу.
Воспоминание о прохладности нашей последней встречи с Клэр, ещё больше топили меня в пучине отчаянья.
Но вопреки всему, в моей душе ещё тлела какая-то странная, совсем нереальная, надежда на то, что я не правильно понял её слова...или, что она их сказала под влиянием каких-то эмоций. Что-то в поведении и словах моей любимой тогда было неискренне, болезненно наигранно.
Мой воспаленный мозг строил иллюзии и фантазии, даже не смотря на то, что сознание уже окончательно потеряло веру в счастье.
Эти месяцы я не жил – я был морально мертв. И даже врагам я бы не пожелал такого бессмысленного и горького существования.
Последнее время, и на работе тоже, я не мог сосредоточиться, выкинуть ненужные мысли, они преследовали меня, отяжеляли мою душу, гнули вниз, висели тяжелым камнем.
Я просто не мог больше так жить! Я понимал, что ещё несколько бессонных ночей, и я сойду с ума. Мой мозг больше не мог выдерживать шквал уничтожающих эмоций.
Ничего не сказав отцу, почти ничего не взяв с собой, я, наскоро похватал необходимые вещи, сорвался с места, и поехал домой.
Чем ближе я становился к дому, тем больше теплело на душе. Уставшее сознание подкидывало мне образы родных и близких сердцу людей.
Я ехал на предельной скорости своего черного «ягуара». Сквозь открытые окна меня овевал прохладный зимний ветер. Мимо неслись машины, деревья, поля, города. В голове, в таком же ритме мелькали мысли: кружились, сталкивались, падали, вновь поднимались, терзая и мучая сердце.
Я запутался в своей жизни. Я совершил кучу ошибок и даже не представляю, как их расхлебывать...
Наконец, издали показался родной дом. Сердце в груди, пропустив один удар, быстро и трепетно забилось.
Я поставил машину в гараж и медленно пошел к дому. Вдыхая теплый, давно забытый запах океана, смешивающийся с приторным благоуханием цветущего сада, я расслаблялся. По телу разлились волны спокойствия и умиротворения. Это были первые более-менее положительные эмоции за последние семь месяцев. Образы прошлого хаотично всплывали и медленно растворялись в тишине прохладного вечера.
Я толкнул входную дверь, которая поддалась, с легким скрипом.
Как оказалось, меня встречали...
У входа, с напряженными лицами, стояли Рик и Лизи. Увидев меня, они онемели от шока. Напряженность сменилась разочарованием, а у сестрички и ужасающей злобой.
-Да как ты посмел сюда явиться! Тебе не хватило той боли и горя, которые ты уже принес? ее глаза горели ненавистью. Все позитивные эмоции во мне потухли. Ведь она права...
-Лиз, прости... Но я не помню, как я мог так поступить! У меня в памяти ВООБЩЕ ничего не осталось с той ночи... Ты просто не представляешь, как я переживал все это время. Я больше не смог терпеть ненависть к самому себе. Мне срочно надо поговорить с Эвелиной.- её лицо начало быстро краснеть.
-Так это ты?! Это ты увел Эве??? Да как ты мог!-Лизи бросилась на меня и стала бить своими миниатюрными кулачками.
От удивления я даже не пытался сдерживать её.
-Ч..то? Как это увел? Куда? Эве здесь нет?
Рик охрипшим от напряжения голосом прошептал:
-Всё, если завтра утром её ещё не будет – я позвоню в полицию. -Рик был похож на зомби. Возникало ощущение, что эти слова он говорил сам для себя.
-Я тебя ненавижу! – Голос сестренки вывел меня из задумчивости.- Если бы ты не сделал с ней это, то сейчас бы было все хорошо! Она бы не забеременела, не мучалась в сомнениях, не ушла бы от нас... Все из-за тебя!
Выплюнув всю эту фразу мне в лицо, как маленькое торнадо, Лизи унеслась к себе в комнату.
Я остался наедине с братом.
-Она беременна? – мои тихие слова повисли в воздухе.
-Ты тоже считаешь меня виноватым в случившимся? Я понимаю... Но я действительно ничего не помню! Хоть убей-не помню. Конечно я понимаю, это звучит как глупая отмаза, но...
-Ой, да не надо мне ничего объяснять!-раздраженный голос Рика звучал устало и обреченно.-перед ней будешь оправдываться...если мы её ещё когда-нибудь увидим.- Конец фразы он произнес севшим голосом.
-Ты как хочешь, а пошел обзванивать больницы, родильные дома и...морги.-его злой тон не задел меня. Я прекрасно знал, что он прав - во всех бедах с Эве виноват лишь я сам.
На душе было тяжело и сумрачно. Не в силах терпеть эту выжигающую сознание боль, я вбежал на улицу.
Мне срочно надо снять напряжение. Столько информации обрушилось на меня: беременность Эве, её исчезновение. Голова гудела. Быстро дойдя до побережья, я разделся и бросился в воду.
Море приятно бодрило. Прохладные, с покалывающей холодцой, волны снимали напряжение. Усталость и негативные эмоции уходили. Резкими, сильными движениями я прокладывал себе «морской путь».
Спорт всегда помогал мне справится с эмоциями, забыть свои мысли, переживания.
Я в эйфории наслаждался плаваньем. Мышцы приятно ныли, отвыкшие от сильных нагрузок.
Внезапно ногу пронзила странная боль. Судорога обездвиживала, я не мог пошевелиться. Тело резко начало уходить под воду. Я попытался ущипнуть ногу, но вода скрадывала движения и пальцы соскальзывали. Воздуха не хватало. Непроизвольно вдохнув, я почувствовал, как в меня вливается ледяная жидкость.