– Да нет, – продолжала она мучить его, – то, что вы запросили это… Это же высший уровень секретности.
– Серьезно?
– У нас доступ только к третьему уровню.
– А к высшему у кого?
– Только у директора института и главного инженера.
– То есть нужна их виза на заявке?
– Нет, вы не поняли, только они своими эцэпэшками могут лично получать такие сведения. Вы наверное все-таки ошиблись с квадратами. Вам точно нужны эти эм-девять и десять? Они ведь сильно в стороне от трассы Ухта-Сыктывкар.
«Зачем она говорит шепотом? – сердясь думал Летягин. – Как будто мы обсуждаем что-то секретное. Со стороны наверное выглядит, словно мы флиртуем. Да еще эта улыбочка…»
– А в чем проблема? Мы обследуем весь пласт.
– В том, что работы на таких участках оформляются отдельным приказом.
Летягин не нашелся что сказать. Его план безнадежно тонул в местной бюрократии.
– Впервые слышу. Я сделал обычный расчет.
– Ладно, – Эльвира Мурмановна продолжала сверлить его взглядом, – я отнесу заявку главному инженеру.
– Да нет, не надо.
– Не надо?
– Я, наверное и правда ошибся.
– Но заявка зарегистрирована, я должна на нее либо ответить либо передать уполномоченному лицу.
Виктор понял, что по-настоящему влип. С альпинистом ему повезло, но это отнюдь не означало, что он и дальше может безнаказанно играть с огнем. Он зашел на чужую территорию и потерял бдительность. Летягин представил последствия – запрос на получение секретной информации под вымышленным предлогом. Тут, наверное и покушение на незаконное получение сведений о гостайне при желании можно припаять, но уж увольнение как минимум ему точно обеспечено.
– Виктор! – из-за спины неожиданно возник развязный Баклажанов с картонным стаканом рафа. – Тебя Буренкин вызывает.
– Главный инженер? – удивился Летягин, чувствуя неожиданный прилив благодарности к невыносимому коллеге. – Зачем?
– Знал бы зачем – сам не пошел! – заржал Баклажанов.
Виктор посмотрел на Эльвиру Мурмановну и недолго думая вырвал из ее рук свою заявку.
– Тогда уж я сам ему и передам, – сказал он и направился к выходу, раздумывая как воспринимать случившееся. Он понятия не имел, зачем понадобился главному инженеру, но о заявке тот точно знать не мог.
Выйдя в коридор, Летягин сложил заявку вчетверо и сунул в задний карман джинсов. Надо будет не забыть порвать на мелкие кусочки и спустить в унитаз. А может лучше сжечь?
Главного инженера Виктор застал собирающимся на обед в компании с начальником первой группы и обрадовался, что пришел некстати, надеясь что от него в таком случае быстро избавятся.
– А, Виктор! – скрывая досаду воскликнул Буренкин, когда Летягин столкнулся с ним в дверном проеме. – Я просил после обеда зайти. Ну ладно уж, давайте по-быстрому.
Главный инженер вернулся за стол и стал что-то искать среди вороха бумаг и проектов.
Летягин тоже вошел, встал у стола, наблюдая за начальником.
За спиной скрипнула половица.
– Идешь, Монь? – раздался тонкий голос руководителя первой группы Сейранова.
– Дай мне минуту. – Буренкин продолжал рыться на столе.
Он был высок как волейболист, лыс и амбициозен, но в общении с подчиненными обычно изображал либерала.
– Пойду покурю пока. – Сказал Сейранов и ушел, а Буренкин, наконец, отыскал маленький листок для заметок и поднял его.
– С объектом на Кооперативной ваша группа работает, верно?
– Да, – сказал Летягин, чувствуя, как начинают потеть ладони.
– Звонил заказчик сегодня. Говорит охранник видел вас на объекте с альпинистом вчера вечером.
Брови Виктора поползли вверх. Он надеялся, что не слишком переигрывает, пытаясь копировать Баклажанова.
– Вчера-а?! С альпинистом?!
– Ну да, – главный инженер бросил листок на стол и постучал кончиками пальцев по столешнице.
– Простите, но мне в воскресенье есть чем заняться помимо работы. – Сказал Виктор. – Да и альпинист там не нужен. Там же все отсканировали с дрона давно. Сейчас вот подсчеты завершаем. Наверное, перепутали с кем-то.