– Ну зашибись.
– Его недавно построили.
– Спасибо, очень важная информация.
– Слушай, ты на всякий случай отошла бы подальше…
Ольга уже сама услышала и поняла – двери лифта на втором этаже закрылись. Снова ухнула лебедка и заскрипело уже совсем рядом. Тот кто не вышел на втором этаже, приближался к ней. Ольга пятилась вдоль стены, слегка касаясь ее плечом – все дальше и дальше, не отрывая взгляда от дверей, которые постепенно скрывал выступ лифтовой площадки. Наконец, все утихло. Ольга замерла, скрытая полутьмой. Несколько бесконечных секунд двери оставались без движения, а затем загрохотали и стали разъезжаться. Она увидела яркий свет и нечто синего цвета движущееся с ее стороны, но через секунду поняла, что это ее же рука в форменной куртке отражается в боковом зеркале лифта. Обуреваемая любопытством и желанием скорее прекратить мучительное неведение, она осторожно, шаг за шагом, двинулась вперед, возвращая себе полноценный обзор и вскоре увидела всю кабину.
– Что там? – спросил охранник.
– Пусто. – Ольга задрала голову. – Вот только не пойму – хорошо это или плохо.
– Слушай, я тут кое-что вспомнил.
В динамике раздалось шуршание.
– Чего?
– Когда устанавливали лифт, нам давали памятку… Где же она? Где-то тут валялась… Короче, не могу найти, но суть в том, что лифт может периодически ездить сам по себе.
– «Классно» придумано.
– Система сама себя проверяет или что-то типа того. В машинном помещении на дисплее главной хреновины в таком случае вроде должно появиться слово «тест». Ты можешь подняться и посмотреть?
– Куда подняться?
– В машинное помещение. На крышу.
– Подожди-ка, чувак! Я не против слазить на крышу и даже побродить с фонариком по коридорам, но платят мне только за уборку, так что без обид, но давай-ка ты лучше сам выполнишь свою обязанность.
– Слушай, я тебя понимаю, но лезть никуда не нужно. Просто подняться и посмотреть на дисплей.
– Так причем тут уставшая уборщица?
– Э-э, уставшая?
– А ты думал, я тут тоже в мониторы туплю?
– Нет конечно. Мне понравилось как ты танцуешь…
Ольга поджала губы и погрозила кулаком в ближайшую в камеру.
– … и поешь в швабру как в микрофон.
– Скотина. – Беззлобно сказала она.
– Просто кто-то должен за всем наблюдать.
– И это конечно ты?
– Ну что нам сейчас бегать?
– А если там не будет слова «тест»?
– Не забивай голову раньше времени. Версии надо отрабатывать последовательно, начиная с наиболее вероятной.
– Э, премудрый пескарь, ты там не охренел?!
– Я же сказал буду наблюдать через камеры.
– А ты что-нибудь еще умеешь?
На самом деле Ольга согласилась только потому что ей понравилась идея побывать на крыше. Здание админкорпуса было высоким по меркам Зимнего и располагались в полутора километрах от городской черты, на извилистой Промышленной улице, но тем даже лучше – посмотреть на ночной городок на фоне бордовых гор и мерцающего дождя разноцветных столбов издали, с непривычного ракурса – неплохой способ немного скоротать время. Охранник сказал, что дверь, ведущая на кровлю вторые сутки оставляли незапертой из-за проверок вентиляционных каналов, но добравшись до лестничной площадки четвертого этажа Ольга обнаружила ее запертой.
– Странно. – Удивился охранник. – Я проверял ее сегодня.
– Ну? Так это все еще вероятная версия?
– Ладно, – нехотя отозвалась рация, – давай встретимся у перехода.
– Когда?
– Через десять минут.
До галереи на втором этаже она могла добраться за полминуты, но ей не хотелось торчать в темноте в ожидании охранника (и на что ему целых десять минут?!) Поэтому Ольга спустилась в свою каморку на первом этаже. Она заметила, что без болтовни по рации чувствует себя уже не так непринужденно и уверенно и держит как говорила Анька, ушки на макушке. Однако кроме шорохов грубой униформы и скрипа подошвы «асиксов» по бетонному топпингу она ничего не могла уловить. Окружающее пространство отзывалось густой, монотонной тишиной, отчего ей, впрочем, тоже становилось не по себе. Беззаботный драйв, в котором она пребывала, танцуя со шваброй и подпевая орущей в наушниках Sia растаял без следа, а от мысли, что в это время где-то за ее спиной разъезжал лифт и может быть даже не совсем пустой, по спине пробегал холодок. Не без доли сожаления она понимала, что вряд ли теперь сможет работать в наушниках, даже если причина этих странностей действительно в каком-то «тесте».