Смех из динамиков ворвался в комнату.
Рослый парень с хвостиком возбужденно жестикулировал.
– Итак, друзья, повторю мы уже совсем близко! – говорил он скороговоркой. – То, что вы увидите в нашем следующем ролике, перевернет ваше представление, даже не то, что о диггерстве, и всем, чем мы тут занимаемся. – Парень пренебрежительно махнул рукой и перешел на торжественный шепот, усиленный хорошим микрофоном. – Оно перевернет ваше представление о жизни, о мироздании, обо всем что вы знали! Поверьте, после того, что мы вам покажем, ваша жизнь никогда не будет прежней! И больше я вам ничего не скажу! Ждите! А пока с вас палец вверх, колокольчик, бай-бай, баттерфляй, увидимся в будущем!
Фокус камеры сместился на парня и девушку. Оба с улыбками тоже помахали, девушка при этом коснулась другой рукой основания шеи, как будто у нее болело горло.
Виктор нажал на паузу и повернулся к Варваре.
– Так вот тогда мы с ней и придумали этот жест, – повторил он, спокойно глядя Варваре в глаза.
Она ничего не понимала.
– Какой жест?
Он коснулся пальцем изображения своей дочери, замершей с ладонью, приложенной к шее.
– И что это значит?
– Папа, забери меня отсюда.
***
Ольга вышла в центр пустынной площадки, окруженной сиротливыми кустиками, огляделась. Въездные ворота с этой стороны казались настоящими исполинами. Напротив них, за разбитой дорогой перелесок отделял широкую печальную реку, над которой протянулась серая стена дождя, переходившего уже в настоящий ливень. Ольга накинула на голову капюшон толстовки и зашагала по дороге, постепенно ускоряя шаг. Движение разогнало кровь, минутное недоумение поглотило опьянение свободой – впервые за четыре с половиной года она идет куда хочет, и никто ей не указ. Ольга улыбнулась, дождь хлестал в лицо, по щекам и подбородку стекала дождевая вода.
– Ну, черти! Я вам устрою!
Минут через пять над сотрясаемыми ветром кронами показались строения и даже какие-то пятиэтажки вдали, а вскоре ей навстречу из-за поворота вышли двое парней, жавшихся под одним зонтом. Мокрыми побитыми руками они отправляли в рот семечки и плевались в ливень шелухой.
– Ребят, не в курсе, где тут вокзал или че? – обратилась к ним Ольга.
Голос у нее был слегка грубоватый, но дружелюбный и уверенный.
Парни с интересом посмотрели на нее: стройная спортивная фигура, длинные ноги, широкие плечи, ростом чуть выше их и какое-то странное обезоруживающее простодушие в лице.
– Ты правильно идешь, – ощерился один из парней, демонстрируя отсутствие пары передних зубов, – за поворотом увидишь железку, чеши вдоль нее и выйдешь на станцию.
– Только откинулась чтоль? – поинтересовался второй.
– Ага.
– Ну и как?
– Уле-е-ет! – засмеялась Ольга.
Будто заряжаясь от ее радости, парни тоже засмеялись.
– Ну удачи.
– Спасибо!
До вокзала она добралась уже промокшей до нитки. Впрочем, вода в любом виде ее никогда не пугала. Спустя пятнадцать минут она сидела закинув ногу на ногу в зале ожидания провинциального вокзала, с аппетитом поедая разогретый в микроволновке чебурек и поглядывая в треснутый экран смартфона, который только-только показал первое деление зарядки от вокзальной розетки. На соседнем сиденье примостился стаканчик с дешевым кофе из автомата.
Круживший неподалеку мент возник в поле зрения.
– Справка имеется? – спросил он.
– А то. – Ответила Ольга, откусывая сложенный пополам чебурек.
Мент улыбнулся, кивнул и отчалил.
До отправления электрички оставалось больше трех часов, и Ольга решила не тратить времени понапрасну. Пароль от смартфона, слава богу, остался прежним, сим-карту, правда, давно заблокировали. Зато все контакты сохранились в телефоне. Заглянув в галерею, она увидела улыбающиеся лица, непроизвольно вздохнула, но взяла себя в руки – еще будет время предаться приятным воспоминаниям.
Покинув здание вокзала, Ольга обогнула гигантскую лужу и на другой стороне пустынной разбитой площади нашла салон связи, примостившийся с торца обшарпанной трехэтажки, между алкомаркетом и парикмахерской. Купив самую дешевую сим-карту с запасом интернета в пятнадцать гигабайт, она вернулась на станцию, снова воткнула зарядку в розетку и для начала позвонила Фомичевой – по вотсапу для экономии средств. Никто не ответил. С Занудой – та же история. Их обоих правда давно не было в сети, но вот Толик, например, был пять минут назад. Она позвонила ему. И тот не ответил. Видать боится – номер-то, незнакомый. Ольга написала ему в чат: Толик, это я! Не узнал? И смайлик – хохот до слез, за ним еще один – конская голова, намек на их общую шутку про говорящую лошадь. Толик прочитал сообщение и тут же вышел из сети. Это Ольга, дописала она. Толик прочитал, и снова не ответил. Ольга хмыкнула.