Дианки и ее парня в вотсапе она вообще не нашла. Позвонила старой подруге напрямую и услышала: «Абонент в сети не зарегистрирован, перезвоните позже».
Следующие полчаса Ольга перебирала контакты и звонила всем, кого можно было считать если не друзьями, то хотя бы хорошими приятелями. Почти никто не отвечал, а те, кто отвечали, не узнавали ее или же узнавали, но как будто с трудом и говорили односложно и холодно – так что Ольге ничего не оставалось, как с чувством стыда за свое чересчур эмоциональное приветствие завершать разговор под надуманными предлогами.
В конце концов ей стало это надоедать, она ощущала себя как измочаленный специалист по холодным продажам.
Надежда мелькнула, когда удалось дозвониться до младшей двоюродной сестры Дианки, которая когда-то помогала им с жильем в Казани, куда они заехали в ходе одного из своих самых затяжных и веселых трипов. У девушки была красивая фотка на аве – стройная загорелая фигура, белый песок и надпись в статусе: «Твое солнце».
– Какая Ольга? – холодно переспросила девушка, когда Ольга набросилась на нее с приветствиями.
– Подруга Дианки, разве не помнишь? Казань. Семь лет назад.
– А-а, ну да. – Произнесла девушка как будто разочарованно.
– Слушай, она похоже номер сменила, может скинешь мне ее новый?
– Э-э, я не знаю.
– Не знаешь?
– Да мы с ней уже лет пять не общаемся.
Далекий голос на том конце сквозь смех позвал девушку.
– Ладно, мне пора. – Сказала она и отключилась.
Ольга опустила руку с телефоном.
Как будто времена изменились, подумала она, а может теперь так принято или все дело в ее новом прошлом?
Тем не менее время шло и Ольге пора было определяться, что делать дальше. Не на вокзале же ей ночевать. Раньше она как-то об этом не задумывалась – планировала погостить у подруг, сначала у одной, потом у другой, взять денег в долг – учитывая сколько сама она одалживала и сколько дорогих подарков дарила, спуская на них все призовые, это не казалось какой-то проблемой. Потом вернется на старую работу, судимость она всерьез не воспринимала, Руслан всегда к ней хорошо относился, да и понятно всем, что она никакая не преступница, а просто стала жертвой дурацких обстоятельств.
Она позвонила Руслану. Нет ответа. Написала ему в вотсап. Он прочитал и тотчас заблокировал ее. Ольга нахмурилась. Тревога росла, пока список тех, кому она могла позвонить, таял на глазах. Ей не отвечали, «не узнавали», разговаривали холодно или «через губу». Ольга, от природы не умевшая сердиться, только удивлялась.
Наконец, остался последний контакт – Масленкин Юрий Петрович. Она вспомнила пожилого суховатого невысокого начальника спортшколы в Раменском, который боготворил ее и звал работать к себе тренером. Что поделаешь, для начала сойдет. Он и денег может дать и с жильем помочь, а она отработает. Бассейн, в конце концов, у них есть, а это самое главное.
Однако, представив, что и этот вариант отпадет, ей вдруг стало страшно.
К ее радости, Масленкин ответил сразу. И узнал – не стал носа воротить.
– Ольга, послушай меня, – заговорил он, каким-то непривычно старчески-скрипучим голосом, с трудом останавливая ее многословное приветствие, переходящее в просьбу, – во-первых, я там уже давно не работаю, я на пенсии, во-вторых, какая работа, Ольга, с судимостью с детьми нельзя работать, ты с какой планеты?
Вредный какой-то он стал, подумала Ольга, возраст что ли?
– Оля, тебе надо скорее выбираться.
– Спасибо за совет.