- Подожду вас в ресторане, - кивнул Сержио.
- Тогда начнем со Святого Марка, потом заглянем во дворец Дожей, а после решим, куда дальше идти.
«Самое удивительное, - подумалось мне, - что все хотят показать мне город, но никто даже не поинтересовался, а что же хочется мне. Зайти в музей академии, подняться на Компаниллу, - мысленно вздохнула я и тут же сама себя одернула голосом матери: – Не умничай, детка! Сейчас бы в лучшем случае чистила рыбу на Сардинии…»
- Осторожнее, Кьяра, - предупредил меня Гвидо, помогая запрыгнуть в катер.
Я крепко вцепилась в руку мужа и прошептала чуть слышно: – С вами мне ничего не страшно.
Муж подвел меня к двум высоким креслам на корме. Подождал, пока я усядусь, и занял место рядом. Сержио пристроился напротив отца на откидывающемся стуле и что-то тихо прошептал Гвидо. Муж также негромко ответил.
Я не прислушивалась к беседе мужчин. Лишь любовалась голубой водой Венецианской лагуны и проплывающими мимо катерами и вапоретто, цеплялась взглядом за виднеющиеся вдалеке купола храмов и здание таможни.
- Вон там, - махнул Сержио рукой, привлекая мое внимание, - заброшенные острова. Раньше, во времена республики, тут везде кипела жизнь…
- А с приходом Наполеона все изменилось, - неуверенно вставила я, чем заслужила от мужа одобрительное похлопывание по коленке. – Никак не пойму, почему же никто не очистит острова от зарослей и не устроит музей под открытым небом.
- Наконец-то, папа, - довольно усмехнулся Сержио, - у нас в семье появилась умная и красивая маркиза. Не могу передать, как же я рад.
Я снова зарделась от смущения.
«Да и что ответить на такой комплимент? – подумала я. - Это все неправда, я страшная и глупая? Или принять как заслуженный», - но вот как сделать, я пока не понимала.
Оказавшись на площади Сан-Марко, я, открыв рот, разглядывала сам собор. Замерла напротив него и, достав альбом, принялась делать наброски золотых башенок. Сержио заглянул через плечо, заметил снисходительно:
- Немного пропорция подкачала.
Я сделала вид, что не расслышала.
А когда стала рисовать эскиз Башни часов, сын Гвидо просто взял у меня карандаш и альбом и небрежно нарисовал то, что мне хотелось запечатлеть самой.
Я вспыхнула от негодования.
«Пойди трахни курицу», - мысленно выругалась я, вспомнив любимое мамино выражение, употреблявшееся ею в любых жизненных ситуациях. Но вслух ничего не сказала, лишь выразительно глянула на Сержио. Вырвала из альбома лист и протянула его сыну своего мужа.
- Это вам, - храбро заявила я. – У меня свои рисунки.
- Сохраню на память, - улыбнулся Сержио, ни капли не обидевшись. А мне стало стыдно.
Этот инцидент не прошел мимо Гвидо. Но при Сержио он смолчал. А когда после обеда в помпезном ресторане около моста Риальто мы с мужем отплыли от берега на грациозной гондоле, он усмехнулся, глядя на Сержио, оставшегося на берегу.
- А ты с характером, Кьяра, - пробормотал он, целуя меня в висок. – Сержио хотел помочь…
- Я делала, как меня учили, - прошептала я и, набравшись смелости, поинтересовалась у мужа: – Я должна чтить только вашу волю, синьор Гвидо, или всей вашей семьи тоже?
- Ты вышла за меня замуж, - отрезал муж. – Любым мнением, кроме моего, ты можешь пренебречь. Имеешь полное право.
- Что я и сделала, - улыбнулась я мужу. Гвидо сгреб меня в охапку и принялся целовать.
- Кьяра, - задохнулся он от возбуждения. А потом накинул нам на колени толстый плед. Он уже собрался, как обычно, запустить руку мне между ног или, возможно, заняться любовью прямо в гондоле, когда в кармане его брюк завибрировал телефон. Видимо, Гвидо по мелодии различал звонивших и, раздраженно скривившись, потянулся за трубкой. По голосу я поняла, что звонит Микеле, водитель Майбаха. Он что-то кричал в трубку, а лицо Гвидо с каждым его криком превращалось в каменную маску. Муж молча выслушал и бросил холодным тоном:
- Мы скоро подъедем.
ВЫ ЧИТАЕТЕ И ВАМ НРАВИТСЯ? ПОЖАЛУЙСТА! ПОДДЕРЖИТЕ АВТОРА! ЛАЙКИ И КОММЕНТЫ ВАЖНЫ! ОСОБЕННО НА САМОМ СТАРТЕ!
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МОЮ ГРУППУ ВКОНТАКТЕ!
Глава 6-2
Он скорбно глянул на гондольера, приготовившегося петь нам серенады, и, как простой смертный, заметил, извиняясь:
- Не сегодня, друг. В следующий раз ты нам споешь все песни, что знаешь. А сейчас нас ждут на площади Рима. Отвези побыстрее. Деньги можешь оставить.