– Альдо, – нетерпеливо позвал меня отец. – О чем задумался? Я к тебе дважды обращаюсь…
– А… – я даже замер от неожиданности, будто меня поймали с поличным, а потом бросил небрежно: – Думаю, как нам завладеть контрольным пакетом акций, пап.
– Даже сегодня? – хитро улыбнулся отец.
– Он всегда об этом мечтает, – встряла в разговор Дани и спасла положение.
– Я спрашивал тебя, Альдо, сможешь ли ты быть свидетелем на нашем венчании с Кьярой. Ты и Сержио.
– Конечно, отец, – тут же согласился я. – Для чего еще нужны взрослые сыновья? – радостно усмехнулся я. – Когда назначена церемония?
– Через два месяца, – недовольно пробормотал отец. – Никаких изысков. Только члены семьи, и то не все, – поморщился он.
– А платье, Кьяра? – моя невеста улыбнулась жене отца. – Уже есть что-то на примете?
– Пока не знаю, – тихо заметила та. – Меня устроит самое простое платье, Дани.
– Так самое простое и стоит дороже всего, – рассмеялась Дани.
– Полагаю, мы с Гвидо найдем подходящее, – спокойно обронила Кьяра. – У моего мужа потрясающий вкус.
А меня передернуло от вот этого «мы с Гвидо». Мадонна миа, как может молодая девчонка, которую бог не обидел ни лицом, ни фигурой, тащиться от близости со стариком? Чем там они занимаются в койке? У папаши-то стручок давно засохнуть должен. А поди ты… «Мы с Гвидо». «Потрясающий вкус»!
– Конечно, любовь моя, – довольно, будто кот на сметану, воззрился на жену отец. –Купим самое красивое платье. А фату придется выкрасть у этой злобной мегеры, моей матери, – весело усмехнулся он. А я представил, как престарелый Казанова в маске и с ножом в зубах карабкается по стене в комнату бабушки Анжелы.
– Синьора Лукарини отдала фату мне, – сразу же сообщила Дани. Ох не терпится ей влиться в семью Лукарини и остаться со всеми в хороших отношениях. Лучше, конечно, держаться подальше от семейного дурдома в Падуе. С любой точки зрения, выгоднее принять сторону отца, чем бабки и глуповатой тетки Марии. Про Лорин вообще молчу. Кто бы принимал во внимание эту пигалицу-дурнушку? Хотя… Интересно, кто ее официальный опекун? Отец или Моник? Выкупить бы акции…
– Вот и хорошо, – улыбнулся отец. Бесконечно счастливый и слегка разомлевший.
«Наверное, по дороге останавливались где-нибудь в виноградниках… – подумалось мне и я сразу же вообразил обнаженную Кьяру и отца, пристроившегося сзади. -Интересно, она и там рыженькая? – осведомился я сам у себя, представляя золотистый треугольник у нее между ног и розовый нежный бутон… – Твою мать», – снова ругнулся я, чувствуя шевеление в паху.
ВЫ ЧИТАЕТЕ И ВАМ НРАВИТСЯ? ПОЖАЛУЙСТА! ПОДДЕРЖИТЕ АВТОРА! ЛАЙКИ И КОММЕНТЫ ВАЖНЫ! ОСОБЕННО НА САМОМ СТАРТЕ!
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МОЮ ГРУППУ ВКОНТАКТЕ!
Глава 8-3
– Что ты сотворила с моим сыном, Дани? – деланно строго полюбопытствовал отец. – Он сам не свой.
– Мы обычные жених и невеста, – смутилась Дани. – Любим друг друга, но у Альдо голова всегда занята работой.
– И о чем ты сейчас думаешь, мой дорогой? – поинтересовался мой милый папа. Черти бы утащили его в преисподнюю.
– О доли Лорин в семейном бизнесе. Ты управляешь ее акциями, отец?
– Естественно, – хмыкнул папа. – Я уменьшил этой ослице трастовый фонд.
– Это из-за Кьяры? – сдуру ляпнул я.
– Нет, – поморщился отец. – Я вычел из ее денег испорченную обивку Майбаха. Полагаю, это справедливо. И кстати, о Кьяре. Я хочу, чтобы ты купил акций на ее имя. Узнай, кто из бывших сотрудников банка или их родственников готов продать долю. Предложи хорошую цену и выкупи их для меня. Я сразу переведу тебе всю сумму. Хочу, чтобы моя жена была обеспечена по гроб жизни.
– Хорошо, отец, – кивнул я и внимательно глянул на молодую женщину. От смущения она зарделась. Отец слегка похлопал ее по руке и прошептал громче положенного:
– Кьяра миа, обожаю, когда ты краснеешь!
Она глянула на него растерянно, но отец даже слова не дал ей сказать. Наклонившись к жене, он нежно поцеловал ее, а она доверчиво положила руку ему на плечо.
«Как трогательно, блин! Старый павиан!» – проворчал я про себя, а вслух проорал дурниной:
– Горько!