-Я собиралась встретиться с Таней и Лукрецией, - прошептала Дани. – Пожалуйста, Альдо.
- Нет, - мотнул головой я. – Настало время думать о семье, Дани, и перестать шляться где попало, – строго отрезал я и, забрав сотовый невесты, проследовал к себе в кабинет и уже через пять минут напряженно разглядывал какие-то лоты на аукционах. Но мог бы поклясться, что в нашем доме в Падуе хранится гораздо больше всяких древностей и в гораздо лучшем состоянии. Так зачем же дарить отцу такой же хлам? От мысли, что времени осталось мало, а с подарком ничего не решено, я заходил по комнате, пытаясь придумать что-нибудь оригинальное. Потом возвратился к Дани, свернувшейся калачиком. Прилег рядом и, забравшись ладонью под ночную сорочку, несильно хлопнул по заднице.
- Не могу ничего придумать, - пожаловался я.
- Может, часы или запонки? – пробормотала она и уставилась на меня глазами, полными слез.
- Спасибо, моя девочка, - довольно фыркнул я и отправился к старику Энцо покупать папе бриллиантовые запонки с ониксовым ободком.
Я не мог сдержать улыбки, когда отец, открыв коробку с логотипом «Тропано», во все глаза уставился на изысканные сверкающие прямоугольные бриллианты в обрамлении черного оникса.
- Спасибо, мой дорогой, - растрогался старый павиан. – Ты даже не представляешь, как угодил с подарком. Кьяра, - позвал он жену и что-то прошептал ей на ухо.
- Конечно, - улыбнулась она и тут же при гостях помогла мужу поменять запонки. А прежние – с темно-синими сапфирами в платиновом ободке - унесла наверх. А когда вернулась обратно, я с изумлением уставился на точно такие же серьги, свисающие из ушей Кьяры. Ну и перстень, конечно!
Теперь у меня не осталось сомнений, в кого влюбился мой брат. Да и старый павиан, оказывается, в теме.
- О, боже, - воскликнула Дани. – Просто комплект! Как романтично!
- Мои сыновья меня удивили, - довольно расхохотался мой папа. – Сержио подарил Кьяре на день рождения этот чудесный набор, а Альдо, не сговариваясь, сделал сюрприз для меня. – Я очень тронут, мои мальчики, - признался Гвидо Лукарини, обнимая нас с братом.
«День рождения, твою мать, - кисло усмехнулся я про себя. –Ни адюльтера, ни извращений! Как же скучно мы живем, господа!»
ВНИМАНИЕ! НАЧИНАЯ С ЭТОЙ ГЛАВЫ МЕНЯЕТСЯ ГРАФИК ВЫКЛАДКИ. ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ БУДЕТ ПУБЛИКОВАТЬСЯ В ПОНЕДЕЛЬНИК, СРЕДУ И ПЯТНИЦУ. НЕ ПРОПУСТИТЕ!
Глава 13-3
Кьяра
В подарок мужу я нарисовала картину. Небольшой венецианский пейзаж. Гондольер на краю гондолы и пара влюбленных, возлежащая в самой лодке. Взрослый мужчина с черными волосами и девушка с рыжими кудряшками и кружевной повязкой на глазах. Лица особенно не разобрать, а на свободной скамейке валяется маска с длинным птичьим носом - доктор чумы. Кавалер и его леди в средневековых нарядах занимаются любовью. Гондольер поет им песни, на задней части картины виднеются роскошные дворцы Гранд-канала.
- Не поймешь, - довольно усмехнулся муж, - когда происходит действие, изображенное на картине.
- В любом случае, папа, это карнавал, - улыбнулся Сержио и, ласково коснувшись моих волос, упрекнул шутя: – Могла бы меня позвать на помощь…Но ты и сама отлично справилась. Вроде все время была на виду, - хмыкнул он. – И когда успела?
- Я рисовала ранним утром. Мне не спалось. Господин Гвидо спит, а мне надоело лежать.
- Так ты не знал, что Кьяра втайне рисует, - рассмеялся Сержио.
- Знал, - отмахнулся Гвидо. – Угадай, кто принес мольберт и краски в будуар и распорядился натянуть холст на раму. Только я не подглядывал, - весело заметил муж. – Все гадал, что там творит наша Кьяра?
Муж лукаво глянул на меня и весело поинтересовался:
- Тебе хочется увидеть карнавал, Кьяра?
-О, господин Гвидо, - я от неожиданности покраснела и обхватила лицо руками. – Да, - призналась еле слышно. – Мне хочется побывать в Венеции во время карнавала и заняться любовью в лодке, - прошелестела я одними губами и от смущения спрятала лицо на груди у супруга.
Мужчины расхохотались.
- Кьяра! – изумился Гвидо. – Почему же ты и словом не обмолвилась?