— Денис Трофимович, мне кажется, мы излишне торопимся…
— Тысячу раз нет! Мы опаздываем, мы все время опаздываем. И этой встречи мы тоже не должны были допускать. — Низкорослый начальник повернулся к силовикам. — Михаил, вызывай своих волкодавов.
— Вооружение? — Бритая голова офицера по-солдатски вскинулась.
— Полная боевая загрузка! Бронежилеты, спецшлемы и так далее. Ты, Василий, снаряжай снайперов. Первая партия патронов — психоблокирующие, вторая — разрывные.
— Если его гранаты не берут, будет ли толк? — Проворчал Геннадий. — Разрывные пули для него — семечки.
— А кто сказал, что мы ограничимся одними разрывными пулями? — Денис Трофимович резко развернулся к своему ассистенту. — Нет, Геночка, на этот раз мы будем работать предельно жестко. Думаю, в этом деле нам помогут консультации человека, который уже пытался прикончить нашего клиента.
— О ком вы говорите?
— Я говорю о неком авторитете Аксане. Именно ему наш клиент наступил на хвост, и именно его люди разнесли ту несчастную телефонную будку. — Уголки губ Дениса Трофимовича чуть дрогнули. — Самое забавное, что у них почти получилось, и это самое «почти» нам надо постараться учесть в предстоящей операции.
— Этот ваш Аксан…
— Он здесь. Этажом ниже. И что особенно важно — готов нам помогать. Ревностно, как и положено служить своим новым хозяевам.
На этот раз губы Дениса Трофимовича расползлись шире, и Геннадий с удивлением разглядел на лице начальника вполне довольную улыбку.
— Он отправится к торговому центру вместе с нами. Как знать, возможно, советы этого уркагана окажутся для нас и впрямь полезными.
Глава 18
— Но если они по ту сторону, а мы по эту, что они нам могут сделать?
— Ну во-первых, еще не факт, что с той стороны невозможно перебраться на эту. Я-то ведь туда пробираюсь.
— Кстати, каким образом? — Потап прищурился.
— Ты хочешь, чтобы я объяснил это тебе на пальцах? Или расписал при помощи уравнений Максвелла и Шредингера? — Вадим фыркнул. — Это, конечно, не железный занавес, но перейти барьер вполне возможно. Не просто, однако все-таки по силам. Кроме того, им вовсе необязательно проникать сюда. Достаточно того, что их энергетические поля способны влиять на наше здоровье и нашу технику. Я ведь уже объяснил вам про вампиризм.
— Объяснял, но верится, признаться, с трудом. — Капитан сокрушенно вздохнул. — И даже если так, ты же сам говорил, что здоровое метаполе отторгает этих кровососов.
— Это уж кого как. Они ведь по ночам в основном работают — и не с физическим телом, а с тонкими материями. Во время сна, когда мы вдесятеро беззащитнее. Кроме того, кто тебе сказал, что даже этих крохотных энергетических воздействий не хватит, чтобы вызвать планетарную катастрофу?
— Да как, черт побери! Как!? — Шматов хлопнул себя по колену.
— Да хотя бы так… Взгляни на свои часы.
— Ну? И что?… — капитан машинально приблизил руку к лицу и в следующую секунду глаза у него полезли на лоб. — Японский городовой! Что это с ними?
Секундная и минутная стрелки с головокружительной скоростью описывали круг за кругом. Даже часовая стрелка заметно ожила, послушно поспешая вслед за спятившими товарками.
— А ты догадайся с двух раз.
— Ты, что ли, колдуешь?
Вадим безмолвно кивнул.
— Но как?! Как ты это делаешь?
— Слушай, Потап, ты, конечно, извини, но своими «каками» ты меня достал. Мы не понимаем девяноста девяти процентов наблюдаемых вокруг нас явлений, — вот и это явление прими за факт и успокойся.
— Кстати, хотел поинтересоваться — фокусы с рекламой в метро — тоже твоя работа?
— И это раскопали? — Вадим фыркнул. — Каюсь, иногда случается. Очень уж достает. За рубежом аудиореклама относится к разряду запрещенных, и я с ними согласен.
Потап ошеломленно постучал по циферблату своих часов.
— Вроде снова пошли…
— А что им сделается. — Дымов повел плечом. — Это малость, согласен, но имейте в виду — глоны на эту малость тоже способны. И не столь уж сложно им вмешаться в работу процессоров или чипов, которые установлены, скажем, в спутниковых системах слежения или в электронных схемах лайнерских автопилотов. Помните еще трагедию в Нью-Йорке? Три «Боинга» сошли с маршрутов и ударили в небоскребы. Спрашивается, почему?
— Ясно почему. Там же были террористы.
— А ты уверен? Хоть одного из этой команды поймали? Представили суду весомые доказательства заговора? Во всяком случае, я ни о чем таком не слышал. А то, что ответственность за тот или иной взрыв спешат взять на себя разные экстремистские движения, так это еще ничего не доказывает. Помнится, и Хамаз, и Хейзбола, и Тамильские тигры не раз брались оспаривать авторство одного и того же терракта. Для них это лишний рейтинг, популярность среди определенной части молодежи. Так что истина, которую узнают граждане из средств масс-медиа, далеко не всегда имеет право называться таковой. — Вадим в очередной раз «развернул» направлявшегося к ним охранника и отправил восвояси. — Но самолеты, спутники, часы — все это чепуха. Главная цель глонов — глобальная сеть, к которой мы неуклонно движемся. И уже сейчас они знают о сопроцессорах, которые очень скоро людям начнут вживлять в головы. А потому они не спешат. Ждут, когда яблочко дозреет и само упадет к ним в руки.
— Погоди, погоди! Какие, к чертям, сопроцессоры? Зачем нам это нужно?
— Уж не знаю — зачем, но к этому все идет. Вполне возможно, что и мы успеем дожить до того сокраментального дня, когда людей начнут мало-помалу превращать в андроидов. Клонированные конечности, механические сердца, электронные приставки к мозгу и так далее. Так что глоны УЖЕ готовятся. Авиакрушения, взламывание банковских сетей — все это только проба сил. Они не спешат, поскольку повальные разрушения с геноцидом им совсем ни к чему. Мы сами лезем в ловушку, и все, что от них требуется, это выждать парочку-другую десятилетий. А когда мир окончательно обовьет паутина интернета, когда пусть даже на сотую часть люди станут андроидами, они возьмут нас голыми руками. И получат в итоге огромный мир — со своей, пусть не самой отлаженной, но все-таки вполне живучей системой взаимоотношений. Колонизация может быть грубой и примитивной, а может проходить абсолютно незаметно. Вполне допускаю, что это будет особая разновидность виртуальной колонизации.
— Не доходит. — Честно признался Миронов.
— Я тоже могу всего лишь предполагать и догадываться. Но я видел их и знаю, как они действуют. А потому не понимаю, отчего мы решили, что дерутся исключительно за кокосы, территории и желтый металл. Попробуйте умозрительно наделить разумом тех же муравьев или кальмаров, и вы немедленно поймете, что ни золото, ни достижения нашей науки им совершенно ни к чему. Они попросту устранят опасного соседа, сделают предсказуемым наше, а стало быть, и свое собственное будущее. Это тоже своего рода агрессия. Контролируемый извне прогресс, катаклизмы, свершаемые по желанию посторонних. Или вы всерьез полагаете, что такая прорва вирусов в интернете — результат самодеятельности балующихся малолеток? — Вадим криво улыбнулся. — А вирус Бад Баби? Не зря его прозвали мегавирусом. Из-за суточной перегрузки европейских сетей только одна Англия потеряла более пяти миллионов долларов.
— Ты думаешь…
— Я не думаю, я веду расследование. Я и мои заокеанские друзья. Осторожно, шаг за шагом мы пытаемся выстраивать статистику подобных экспериментов, анализируем почерк проникновения в земные сети. И кое-что нам уже удалось.
— Вы считаете, что это они?
— Мы это знаем наверняка. По крайней мере, треть создаваемых вирусов — это их работа, и они вовсе не балуются, — они тренируются всерьез, а попутно изучают наши силы и возможности.
Шматов свирепо потер лоб.
— И все равно не совсем понимаю… Кто они все-таки? Пришельцы или нет?
— Ушельцы!.. — фыркнул Сергей. — Тебе же толкуют, что они живут параллельно с нами — на этой же самой планете.
— Но как это возможно?
— Опять двадцать пять. — Вадим, поморщившись, скрестил на груди руки. — Хочешь наглядной иллюстрации? Пожалуйста. Сейчас возле нас как раз крутится одна из этих тварей. Еще парочка на некотором отдалении — ваккурат за той стеночкой. А в вестибюле двумя этажами ниже от них не протолкнуться. Вы живые, и они вас не видят — только чувствуют. По отголоскам метаполей. Меня они видят, но я для них персона нонграта. Во всяком случае, глоны отлично знают, чем чреваты ссоры с подобными персонами. Но если я оставлю им слабую энергетическую копию… — передернув плечами, Вадим с некоторым усилием поднялся со стула, с выдохом взявшего вес штангиста шагнул в сторону.