«Кстати» она подумала, блин! Барышня-пулемет: перескакивает с темы на тему быстрее, чем я успеваю понять, о чем речь!
— Вот мы поженимся, я рожу тебе троих сыновей… — размечталась Таня. — Или лучше пятерых?
Хорошо, что мы не пошли в ресторан и сейчас я ничего, к примеру, не ел. Поперхнулся бы точно, а то и подавился.
— Лучше троих, — надо ведь было что-то ответить. — Если сыновей. И двух дочек.
— Да! — радостно согласилась негнома. — Ты не смотри, что я мелкая! Бедра у меня широкие, рожать будет несложно! Дети будут здоровые!
А знаете, что? Смотрю я, слушаю, и понимаю — девушку несет и заносит.
И не просто так несет, и не на пустом месте заносит… Будто тянется от Танечки ниточка — тоненькая такая, прямо паутинка, и на втором конце — не знаю, кто, а главное — зачем!
— А как ты думаешь, они будут пушистые, как ты, или мелкие, как я? — девушка и не думала останавливаться. — А вот еще, слушай, тут…
Короче, я решился.
Для начала — хватит кошмарить барышню! Не надо внушать ей ложных надежд! Скажу, как есть: мол, не будет у нас с тобой счастья, не люба ты мне!
Да и связь эта, в смысле, ниточка — очень уж напоминает то, что сам я сотворил с памятным снага по имени Наиль. Странно это и непонятно, а значит — потенциально очень опасно. Не надо мне вот этого вот всего — и без того есть, чего бояться и от чего беречься.
Открываю рот.
— Тань, а Тань, — сказал я. Слушай, тут такое дело, я…
— Да! — решительно заявила девушка. — Поехали к тебе!
Сборник типовых инструкций, том второй, страница двести два. «Как очень стараться, но ничего не понять».
До меня-то мы доехали, это да.
Поразмыслив, я решил везти девушку на городскую квартиру: места, конечно, поменьше, но и любопытных глаз… И ушей… Вы поняли, взрослые же люди и нелюди.
Сидим такие на кухне, пьем чай.
Вернее, пьет Танечка: мне чаю совсем не хочется, уж не знаю, почему — хоть в глотке и пересохло.
И вот, значит, девушка решительно отодвигает в сторону чашку.
— Ваня! — начала Таня уверенно. — Я ведь не дурочка! И память у меня отличная! Я понимаю… Если не все, то — побольше многих!
Вариантов-то было, на самом деле, немного.
Первое. Местные карлы — в смысле, кхазады — научились как-то ловко вычислять пржесидленцев — например, меня.
Второе. Таня откуда-то знает (Именно откуда-то! Общаемся всего несколько дней!) о том, что я не просто упокойщик, но целый некромант.
Третье… Думаю, хватит.
— У меня, — почему-то задумчиво проговорила девушка, — по начерталке был высший балл. В отличие от некоторых, — и глазами на меня так: зырк!
— Да начерта она нужна, эта начерталка! — схохмил я. По-моему, смешно!
— Вот-вот, ты и раньше так же шутил! — я понял, что девушка уже злится, и решил немного разрядить обстановку. Не получилось. — А она нужна! И именно тебе! В твоих обстоятельствах… Ну, ты понимаешь.
Да хрен я что понимал!
О чем еще может идти речь?
— Варианты возможны, — эльфийский призрак не стал показываться девушке, решив, для начала, достать меня. — Но, поверь тысячелетнему опыту дворцовых интриг…
— Это снова становится интересно, — мысленно ответил я. — То есть, ты, все же, тот самый эльфийский царь?
— Не тот самый, — смутился Гил-Гэлад, — но отношение имел… Кажется. Не помню. Вот примерно так же не помню, как ты сам! И я как раз об этом!
— Память? — утончил я.
— И провалы в ней — тоже, — незримо кивнул владыка. — Я ведь уже некоторое время с тобой, потомок… Слушаю, смотрю, наблюдаю. Делаю выводы.
— Много, — усмехнулся я, — вывел?
Всякий раз, когда сильный некромант — или шаман… Я ведь уже говорил, что это, возможно, почти одно и то же?
Так вот, всякий раз, когда я общаюсь с духом предка, вокруг нас норовит создаться временной карман. Этакий пик на ровной линии физического времени.
Поэтому, всякий мой диалог с владыкой, кем бы он ни был на самом деле, в мире физическом занимает доли секунды, длись такая беседа хоть минуту, хоть час!
Странное свойство времени. Свойство, которое можно было бы изучить — стань я в мои следующие двести лет темпоральным физиком.
Потому и говорили мы так, будто вокруг никого больше нет — в известном смысле, так это и было, только не «вокруг», а «сейчас».
— Прилично вывел! — призрак сделал вид, будто рассержен. Вотще! Знаем мы эти заходы — своих эмоций у мертвеца нет, только заемные… И — имитация оных.
— Можно тогда выжимку? Самую суть? Выводы? — очень, очень мне надо было понять, о чем это Таня! Или, хотя бы, попытаться понять!