— А то чо? — глумливо уточнил я, уже не отпрыгивая от прямого левой — просто перенеся корпус чуть в сторону. Вместе с головой, понятно.
— А то я, — перевел он дух, — буду драться, — снова вдох-выдох, — всерьез!
— Так дерись, ну, — потребовал я. Видоки уже смеялись, некоторые — прямо ржали в голос.
Это ведь и правда очень смешно: «увалень против ловкача», спешите видеть на всех подмостках… Старинный сюжет, за одним изъятием: классика требует победы увальня… Не хочу.
Джинневич любит джеббы, бьет их часто… На том и возьмем.
Опять смещаюсь, но не до конца: подхватить руку, повести ее вниз, самому перейти на другую сторону… Рычаг.
Песок тинга принимает удар тела. Здоровяк падает плашмя — не был готов, не успел сгруппироваться — бывает.
— Вставай и дерись, — требую я. — Как мужчина!
Встал, шатаясь. Посмотрел недобро. В левой руке мелькнула полоска стали. Ага, вот это я люблю…
— Папка, перо! — Алька встала так, чтобы я случайно не оглянулся — прямо позади Джинневича.
И ведь не хотел же убивать дурака! Но, раз нож видят даже дети… Кончай плясать.
Железом-то он пользоваться умел не хуже, чем бить прямые. Правда — недостаточно хорошо.
Ухожу от удара — в печень целил, паскуда!
Беру его левую — вместе с ножом! Прием тот же, только лучше и другой.
Человек — если очень грубо — это система рычагов и тросов. Тролль — тоже.
Этот, с ножом, падает на колени — и всего-то усилий, что подумать головой и чуть двинуть руками!
Я уже у него за спиной — на спине. То, что этот тролль куда выше меня ростом, даже хорошо: голова и шея легли в захват идеально.
— Ну, — потребовал я: больше для видоков. — Сдайся!
Ничего не ответил Джинневич, лишь ножом замахал бестолково.
— Раз так…
Сладкозвучно хрустит позвоночник.
— Ааааа! — первым заорал Зая Зая.
— Даа! — подхватили остальные.
— Глава! — выкрикнул кто-то.
— Гла-ва! Гла-ва! — скандировали уже все. Совсем все, даже тролли… Мохнатая тусовка, как оказалось, обреталась у меня за спиной — не в первых рядах, но все же — явились, не все, как один, но главные. Старейшины, шаманы, кто-то из мелких вождей…
Дал немного порадоваться, поднял правую руку. Крики не сразу, но стихли.
— Приберитесь тут, — просто попросил я.
Еще одно совещание — по совсем другому, мирному, поводу.
Мост! Тролль я или не тролль?
Ладно, потом расскажу. Если еще будет интересно. Сейчас же то закончилось — основная часть. Перешли к разделу «разное» — моему любимому. Если ругают не меня.
Вел собрание — ради разнообразия — бывший подданный Его Авалонского Величества. Или кто у них там? Точно ли монархия?
— Глава… — начал Эдвард. — Товарищ босс!
— А? — спросил я. Говорить было лень, ходить и стоять было лень, даже сидеть… Вот прилег бы — со всем удовольствием. Со мной такое бывает, ну, иногда: называется — отходняк. Особенно, когда вдруг, постфактум, понимаешь, сколько всего случайно поставил на карту и как мог продуть… Так-то, теоретически, но мог.
— Вы прямо как маленький! — принялся увещевать эльф. — А если…
— Без «если», — поморщился я. — Все учтено могучим ураганом!
Сам себе признаюсь, и вам заодно — самое неприятное сейчас было в том, что мысли мои авалонец воспроизвел почти дословно. Опыт!
— Босс, поймите — вас просто, как это по-русски… Развели! — переживал эльф. — Расчет был на то, чтобы вывести вас из себя!
— Был расчет, — не стал спорить я. — Только мой собственный.
— Ладно, — сдался Эдвард — и вовремя. Переубедить упершегося тролля… Не с его нолдорским счастьем! — Последний вопрос. Зая Зая?
— Зайнуллин был, — вступил белый урук. — Сказал кое-чего.
— Этот скажет, — я тут же поделился мнением. — Но не до конца и не то, что нужно.
— По делу приходил, — вступился Зая Зая за своего, получается, учителя. — Легендарный героизм. Способности.
— Я выяснил, кстати, — вдруг перебил орка эльф. — Вернее, выяснял, и вот что получилось. То знание, которым умертвие поделилось с начальником транспортного цеха, оно, так сказать…
— То ли особо тайное, — продолжил я с намеком, — то ли выдумка. Я ведь тоже… Немного. И господин полковник — тоже. Ну, вы поняли.
— Культивация легендарного героя, — согласился Эдвард, — проходит по части слухов. Мифов, легенд, никем не проверенных практик… В случае с Зайнуллиным — прямо кодекс! Точное знание, конкретное, не побоюсь этого слова, системное!