Гри первым опустил взор, и мне даже легче дышать стало. Я сглотнула, прикрыв глаза, но тут же распахнула их, на миг задохнувшись, словно меня облили ледяной водой, когда услышала вопрос:
— Дорош картину собирала?
— Что? — ахнула и даже отошла назад от ставшего враз опасным дворецкого. Он или прозорливый, или же сообщник шияматы. Но в любом случае это чревато разоблачением!
— Я должен извиниться перед вами, янара. Я честно не знал какой подарок прислала вам шиямата. Я виноват перед вами и постараюсь, чтобы никто о нём не узнал.
Фух! Я мысленно выдохнула, выходя из квантовой суперпозиции. Вот честно, я была ни жива ни мертва, зато теперь просто астероид с души свалился. Бурелю я верила, потому что ему верил отец, а тот отлично разбирался в людях.
— Как ты узнал о нём? — Хотелось немного подробностей.
— Проследил за вашими телохранителями, спустился в подвал и лично пообщался. Неприятный тип, — поделился своим мнением Гри, разрядив обстановку.
— Не то слово, — усмехнулась в ответ, вспоминая землянина.
— Я позабочусь о нём, — повторил дворецкий, а я остановила его взмахом руки.
— Не стоит. Я сама позабочусь о нём после бала. Просто не рассказывай о нём никому, особенно отцу, кажется мне, что бабуля завела очередную игру и желает потрепать ему нервы. Я хочу оградить его от переживаний.
— Я понял, янара. Но можно узнать, как именно вы думаете позаботиться о землянине?
Я долго мерила взглядом Буреля, который выглядел вроде бы и услужливым, по лицу эмоций не прочесть, вот только что-то тревожило меня, что-то тёмное в его алых глазах, тяжёлое.
Малодушно вновь воззрилась на картину Дарьи.
— После бала отвезу его на личном скайте на станцию «Астрея». Оттуда его украла бабушка. Хочу замять скандал, который он может раздуть из-за её выходки.
— Вы решили сами лететь?
В голосе его таилось беспокойство, но не осуждение.
— Не переживайте, я буду не одна. Со мной летят телохранители, Елизавета Махтан с ши Лимайном и Дорош, — кивнула я картину.
Дворецкий хохотнул, а я удивлённо на него взглянула. Что за вольности в моём присутствии?
— Кажется мне, что дело не в землянине, — очень ласково пожурил меня Гри, а я, прикусив губу, смутилась. Неужели он настолько хорошо меня знал?
— Возможно, — уклончиво отозвалась в ответ.
— Я прослежу, чтобы про вашу вылазку никто не узнал, — с поклоном заверил меня дворецкий и оставил одну размышлять над его словами.
Итак, у меня еще один сообщник. Помощь Буреля может быть бесценной. В его руках сконцентрирована внутренняя власть резиденции, и кто, как не он, мог скрыть наш побег. Вот только зачем ему это? Он же фактически предавал отца. Или помощь янаре в маленькой шалости не относилась к грубейшим проступкам?
Размышляя над этим, впустила прислугу, которая забрала контейнер. Вскоре на прикроватной тумбочке, а также на журнальном столике появились вазы с пионами. А чуть позже пришли визажист, парикмахер, стилист, принесли платье и начался ад. И как некоторым нравится, когда вокруг них толпа народу крутится, что-то всем надо, за волосы дёргают. А ведь приходилось стоически терпеть, потому что маме идея с балом понравилась сразу, и моё мнение отцу безразлично, пока его хвалят и пирожками подкармливают. Так что оставалось мне лишь вздохнуть поглубже и терпеть, терпеть и терпеть. Ничто не должно нарушить спокойствие отца и вызвать в нём подозрение. Я очень хотела побывать на станции, так что ради этой цели даже попробовала улыбнуться, чуть не перепугав знавших мой характер слуг. Эх…
Впервые я не скучала на балу, потому что в отличие от обычных раутов здесь торжествовала музыка, и пары красиво кружили по паркету. Возможно, я погорячилась, заранее невзлюбив свой день рождения, мне было весьма занимательно. Гри постарался и зал утопал в красочных лентах, цветах. Неоновые подсветки дополняли торжественность убранства. Я танцевала, пила игристое и ждала, когда же появится бабушка, потому что именно её визит вызывал тревогу. Моя задача была не дать разразиться скандалу, когда вся правда всплывёт наружу.