Пока драилась мочалкой, вдруг стало себя жалко. Почему всё пошло не так? Ведь я думала, девчонки мне помогают, а по итогу выходило только хуже. Я боюсь уже. Одно дело соблазнить и не дать, совсем другое прослыть озабоченной маньячкой! Такой позор и не смыть. Что сейчас обо мне думал Гри?
Хорошо, что полотенце дал и укрыл, и вообще подсказал не выходить из бассейна сразу, а ведь хотела. Сейчас хоть в банном халате до самого пола чувствовала себя как в защитном, неуязвимом костюме. И Дашки нет, ух, я бы её стукнула. Вот просто нарядила в этот купальник да в воду бросила, чтобы на своей шкуре запомнила, каково испытать такое унижение. Ведь Лизка предлагала остановиться на алом купальнике, нет, нужно было мне унжирское чудо подпихнуть.
Помучившись совестью, я наконец вышла в коридор к поджидающим меня телохранителям. Звонить подругам не стала, решила помучить, ведь ждут отчёт, переживают. Вот и пусть ждут. Дашка так точно.
— Моя янара! — вдруг услышала оклик возле мужской раздевалки.
Струхнула, так как узнала голос, но постаралась не подавать вида и, улыбаясь всё так же призывно, обернулась. Гри тоже в банном халате, как и я, стоял, вальяжно привалившись плечом к стене.
— Утром повторим?
Я чуть не взорвалась от злости, но понимала, что нужно продолжать играть.
— Ох, даже не знаю, — капризно протянула. — Купаться здесь оказалось скучно.
Высказалась и пошла. Пусть сам додумывает, что я имела в виду. Интерпретировать мои слова можно по-всякому. Таких выражений мы с девчонками насобирали по галанету пару десятков, и мне оставалось лишь уместно ими пользоваться. Скучно мне было плавать или с ним было скучно, или вообще скучно, что не так отреагировал на мой наряд. Пусть думает, а я спать. Мне ещё коммуникатор выключать и игнорировать подруг. Дел по горло. Сыта я, кстати, и этими играми в соблазнение тоже по горло.
Утром я проснулась разбитая, невыспавшаяся и недовольная. На завтрак пришла как обычно в домашнем простеньком платье, уложив волосы в высокий хвост. Без косметики и глупых заигрываний с Гри. Родители, как всегда, щебетали, я сонно смотрела на свой кофе с молоком и, кажется, спала с открытыми глазами. Снилось мне что-то всю ночь непонятное. Не могла вспомнить что, но выматывающее.
— Лапочка, ты не заболела? — обеспокоилась мама моим здоровьем, а я зевнула, прикрыв рот ладонью.
— Нет, всё хорошо, — заверила я её и тепло улыбнулась. Забота мамы дорогого стоила и настроение поднимала. — Просто всю ночь думала кое о чём и поняла, что надо уметь проигрывать.
Очередной ход в нашей игре. Вчера долго прокручивала стратегию соблазнения и поняла, что заходить дальше не могу и не хочу. Вот просто всё, дошла до черты. Теперь пора было переходить к следующему этапу «Переключение», так я его назвала, а может и не я, может и Лиза, но не суть. Для этого этапа мне нужен был доброволец, а может быть даже наоборот не доброволец, но кто-то колоритный и полная противоположность Гри. На ум приходил лишь один мужчина, и он мне, по существу, задолжал. Подарочек жил себе припеваючи на моей планете, пора бы и предъявить ему счёт. В конце концов, его же мне бабуля подарила, можно и попользоваться. Именно об этом я хотела поговорить с девчонками, которые должны прилететь после завтрака.
— Мудро, — заверил меня отец.
Поймала взгляд Гри и грустно вздохнула, чтобы понял, в чём я решила сдаться. Да, да, соблазнять я его больше не буду, пусть выдыхает. Временно.
— Да, сдаваться надо уметь с достоинством, — подчёркнуто добавил отец и притянул к себе мамулю, что-то опять ей провокационно зашептал, от чего глазки у мамы заблестели, как изумруд, а щёчки заалели. Ох уж эти взрослые. Что ни скажи, всё вывернут. Нет, я понимала, что кровь у папы горячая, манаукская, но не при печальной же дочери, у которой, можно сказать, любовь не задалась.
Оставила родителей миловаться, направилась к себе. Гри хотел было остановить, что-то сказать еще в коридоре, но ему помешала Лиза, которая ураганом смела меня в объятия. Я, держа грустное выражение лица, смотрела на дворецкого, словно прощаясь с куском торта в период диеты, а потом подмигнула Елизавете, которая восторженно щебетала, рассказывая что-то несущественное о том, как провела вчерашний день, намекая, что я обязана взамен поделиться своими переживаниями. И когда мы оказались в моей гостиной, тут же выпалила:
— Ты почему не позвонила и вообще выключила комм? У вас что, всё было?
Я, приподняв брови в изумлении, чуть не хохоча, уселась на диван.
— Да с чего ты взяла, что у нас с Гри что-то было?