Лёгкие дуновения переменившего направление ветра принесли Солдату едва ощутимый запах гнили. Кажется, что звуков стало ещё меньше. Актив тяжело вздохнул, сжав крепче приклад. Он не слышал. Чувствовал. Как воздух рассекают крылья. Как обнажаются клыки. Как жажда крови медленно, точно яд в вине, растворяется в воздухе. Мышцы напрягаются, ярость поднимает голову. Чуть переставив ногу, чтобы быстрее вскочить, Солдат наклоняет корпус вперёд и поднимает плечи, обращаясь к слуху. Он плохо видит во тьме, зато слух и нюх полностью компенсируют этот недостаток. Ещё чуть-чуть… Совсем рядом…
За долю секунды Актив оказывается на ногах и делает первый выстрел. Крик разрывает темноту. Едва слышимый свист, и, вскинув руку, он блокирует удар сверху. Правда, мощь его настолько велика, что, не будь в нём сыворотки, ему бы, как минимум, сломали вторую руку, а как максимум — расчленили на две равные половины. Раненая нога подкосилась, едва не заставив Солдата упасть. Откинув противника, он хотел провести контратаку, но… второй руки нет. И всего лишь секундная заминка на извлечение пистолета лишила его призрачного преимущества. Мощный удар в солнечное сплетение отправил его в полёт с такой силой, что по дороге он сломал своим телом пару деревьев средней толщины, а они, в свою очередь, ему не менее трёх ребёр.
— Кхах!.. — слабо подрагивая, Солдат схаркнул на землю кровавую массу. Дыхание сбилось. Он не мог вздохнуть. При попытке резь в груди усилилась, и он задохнулся от новых притоков крови. Тем не менее, несмотря на боль, ему удалось не выпустить ружья из руки, но, когда он хотел поднять его, на руку ему опустился сапог.
Удар выкинул Солдата на прогалину, где ветви не заслоняли собою небо. И в слабом свете Актив увидел лицо упыря. Более сильного уродства представить было сложно. С вампира будто бы содрали кожу. Или расплавили ее. Носа не было, даже хряща, он растёкся, оставляя лишь узкие щели, бровей и ресниц не было, губы срезаны, и рот напоминал прорезь в кожаном мешке.
— Помнишь меня? — прошипел уродец, с ненавистью взирая на Солдата. И тот узнал голос. Это был… Морло. Выжил таки, уродец… — Помнишь, — заключил вампир, — хорошо, значит, будешь знать, кто тебя… АГХ!
Самое глупое, что можно было придумать, — начать трепаться в то время, когда есть возможность убить. Солдат всеми силами старался заглушить боль и заставить себя двигаться. Запястье начала стягивать раскалённая проволока. Он слишком далеко от мальчишки. Собрав силы и волю в кулак (больше-то некуда), он, испытывая невероятную боль в груди, согнулся и…
Прогалину озарила фиолетовая вспышка, и теперь уже упырь, совершив в воздухе сальто-мортале, в буквальном смысле ушёл под землю. Буквально. Как страус. На поверхности только две стопы.
Солдат, которого уже потряхивало от боли и головокружения, моргнул. У него галлюцинации? Голова раскалывалась, поэтому очень может быть.
— Эй. вы там… вы… рядке?.. — звон в ушах нарастал и заглушал чей-то голос. Солдат тряхнул головой и тут же пожалел об этом. Попытался сделать ещё один вздох, опять подавился кровью, рука и ноги налились свинцом, и он уронил голову обратно в траву. Сквозь мутную пелену ему удалось различить чью-то тень и ноги, подходящие к нему. Темнота, окружающая его, кажется, начала просачиваться вовнутрь, в его голову. Она давила ему на грудь, закрывала глаза и тонкими, невидимыми пальцами обхватила его шею.
— …Анапнео.
Воздух ворвался в его лёгкие, точно его туда насосом вдули. Актив дёрнулся, перевернулся на живот и закашлялся, даже не сразу поняв, что камень с груди исчез. Осколки рёбер больше не прорезали лёгкие, хотя он ещё продолжал сплёвывать на траву кровь.
— Вы в порядке? — спросил незнакомец, который, кажется… только что. спас его?
Актив дёрнулся назад, исключительно по привычке взяв того на мушку.
Из груди невысокого тоненького мужчины, одетого в сиреневую мантию и в такого же цвета тюрбан вырвался визг, и он вскинул дрожащие ручки вверх. В одной из них была зажата палочка, а на ее конце сиял пучок серебристого света, слабо освещающий поляну. Волшебник.
Солдат в недоумении вытаращился на незнакомца, волшебника, спасшего его, ночью, чёрт знает, в какой заднице мира, в долбанном чешском лесу. Либо это невероятная удача, либо это очередная слежка. И после Капитана Америки с кодом Гидры Солдат не верил в союзников и ждал ножа уже с любой, даже самой невероятной стороны.
— Й…Я. Я п-просто проходил м-мимо. У-услышал что-то п-подозрительное и р-решил пом-мочь, — заикаясь от волнения, пробормотал незнакомец. И, видя, что слова его не внушали Солдату доверия, указал пальцем на сумку, переброшенную через плечо, из которой торчали пучки каких-то трав, цветов, веточек, увенчанных гроздями ягод, подозрительно походящими на волчьи ягоды, и рукоятка какого-то инструмента, с помощью которого волшебник, скорее всего, и срезал свою добычу.
Актив пару долгих минут смотрел на него, всё ещё не сильно убеждённый, но, с другой стороны, пытайся он убить его, уже бы обезоружил и убил. Солдат подорвался на ноги и обернулся к пяткам, так до сих пор и торчащим из-под земли. Ступни вампира дёргались, он пытался освободиться, но явно тщетно. Стоило бы убить его, у Солдата было предчувствие, что хлопот не оберётся, оставив врага живым, но… не в пятки же ему стрелять в конце-то концов. Он мог потратить ценный патрон, а уродец просто отрежет себе ногу и вновь вернётся. Плюнув на дёргающиеся пятки, Актив хотел рвануть обратно и едва не упал. Пуля в пытающейся регенерировать ноге резала изнутри.
— Эээ… — незнакомец пронаблюдал, как неуклюже поковылял Солдат в сторону деревьев, как дёргались над травой ступни и, неуверенно опустив руки, крикнул: — А в-вы?..
Но Солдат не ответил. Он торопился вернуться обратно. Кажется, сейчас вампиров было только двое, скорее всего, они просто разбились и прошаривали лес мелкими группами, значит, наверняка где-то есть ещё.
— З-знаете, в этом лесу опасно ночью… — неуверенно крикнули ему в спину. — Здесь бродит стая волков-оборотней, вам бы лучше убраться.
Актив остановился. Закрыл глаза, сосчитал до пяти. Только этого ему ещё не хватало… Выдохнул, придушив замаячившую на периферии панику. После резко развернулся, в два шага преодолел расстояние между ним и колдуном, схватил мага за вскинувшуюся руку с палочкой, заломил за спину и потянул за собой.
— Эй, эй, постойте! Что вы делаете? Прекратите немедленно! — завопил забрыкавшийся колдун, но Солдат танком тащил его за собой. — Я п-предупреждаю, иначе…
Не прошло и пары минут, когда солдат увидел нужное дерево с расползшимися толстыми спутанными корнями. Он отпустил мага, толкнув его вперёд, к дереву, и ткнул в сторону мальчишки:
— Нам нужно в Штаты, — коротко выдал он. Если Мария или её шестёрки смогли переправить его в Европу за полминуты, то и обратно тоже попасть можно.
Волшебник оторопел и посмотрел на Старка, зажёг поярче палочку, подойдя на полшага, но, когда свет упал на лицо мальчишки, — отскочил, едва не вскрикнув.
— Д-драконья оспа!
Актив нахмурился. Реакция колдуна ему не понравилась. Такая истерика, будто перед ним прокажённый. Хотя в своих догадках Солдат был недалёк от истины. Ему было просто не в домёк, что драконья оспа — одна из страшнейших магических болезней для взрослого населения. В отличие от волшебника, попятившегося ещё на пару шагов и замотавшего себе рот и нос куском ткани собственного нелепого тюрбана.
— Ты сквиб? — обратился он к Солдату, но тот лишь нахмурился, не поняв вопроса. — Или маггл? — а вот второе слово уже было понятнее, он слышал его из уст Марии.
— Я не колдую.
— Ну, это-то я уже понял… — пробурчал себе под нос волшебник, неловко покрутив в пальцах палочку, а потом обратил внимание к Старку. — Юноша. Эй, вы меня слышите? Меня зовут Квиринус Квиррелл. Я сейчас попытаюсь сбить температуру…
Актив помотал головой и обернулся в сторону тёмной чащи. Выбрался ли уже Молро? Как скоро появятся остальные? Волшебник тем временем всё пытался достучаться до Старка, и, кажется, ему это частично удалось. Он старался не подходить к ребёнку близко, но бормотал что-то, делая пассы палочкой, и Актив заметил, что дрожь у мальчишки сошла и, кажется, он даже немного пришёл в себя. Что ж удача наконец-то хоть немного им улыбнулась, иначе как ещё объяснить появление лояльного волшебника в столь далёкой от туристических маршрутов местности.