– Ну, я литературу в теории изучал, в историческом развитии – на параллельный курс ходил с филологами, увлекало меня это.
– А нравится кто?
– Чехов.
Она посмотрела внимательно.
– Думал, кого назвать, чтобы и мне нравился?
– Наверное.
– А кого хотел назвать?
– Иванова.
Она помолчала.
– Ладно, – решила наконец. – Давай поговорим о твоей задаче.
Говорят, время покрывает пылью – какие-то чувства, тревоги, утраты, боль. Но если может само время покрываться слоем пыли – то только тут, в ее кабинете. Стол Нели был завален бумагами, старыми визитками, скоросшивателями и дискетами, которыми уже давно никто не пользовался. Зато урна для бумаг была пуста. Бумаги желтели на столе, скапливаясь стопками. Не была покрыта пылью только огромная хозяйственная сумка рядом со столом, из которой выглядывали темно-фиолетовые баклажаны.
18. ЛУЧШЕ ВСЕХ
Если в офисе Инет без картинок, то дома – сплошные картинки. Современный человек не может без этого: без поисковиков, без закачек, без виртуального мира, без смайлов, без приколов, без порнухи (а вдруг там что-то новенькое?)
Виртуальный мир Миха – один литфорум, один столичный чат (принципиально не городской) и изредка icq. Ни скайп, ни веб-камера не прижились: показалось, что разрушают анонимность.
А анонимность – необходимое условие раскрепощения и свободного поиска сетевых развлечений. Впрочем, развлечение Мих нашел неординарное – висеть в он-лайн психологических консультациях. Выбирал какой-нибудь хрестоматийный пример и цитировал от первого лица. Рекомендации консультанта не просто веселили его, а смешили до колик. Затем он усугублял: «А еще мне кажется, что…» и грузил психолога еще большей клиникой. Тот, не чувствуя подвоха, снова пытался помочь советом. Мих находил такое времяпровождение уморительным. Он просиживал в психологических консультациях по три часа кряду, играя в параноика. За этим занятием его и застала поздним вечером Ленка. Мих даже предложил:
– Давай их спросим о твоей проблеме.
Она только фыркнула:
– Нет у меня никакой проблемы! Они хоть что-то делают, а ты просто время отнимаешь.
– Да я вообще принимаю удар на себя, иначе несчастному параноику стало бы совсем худо от таких советов.
– Почему же ты тогда … не хочешь этим заниматься? Иногда человеку очень нужен совет, нужно просто поговорить с кем-то. Это же не социалка, куда насильно загоняют подотчетных путан.
– Каких еще путан? – Мих от неожиданности даже сайт закрыл.
– Да знаю я все, – отрезала Ленка. – Я вообще-то зашла тебя попросить…
– Гвоздь вбить?
– Угадал. Полка отвалилась. Чуть не пришибла меня.
– Ясно. К мужчинам обычно за этим и заходят – попросить вбить гвоздь.
– А к женщинам – за утюгом.
Поднялись к Ленке. Оборвалась полочка в ванной.
– Хорошо, хоть зеркало не разбила, – заметила Ленка.
– И соль не рассыпала, – добавил Мих.
– Ой, помолчи!
Он приколотил полку молча.
– А у меня работа новая. В журнале психологом, – похвастался все-таки.
– И что ты там делаешь? Анекдоты сочиняешь?
– Нет. Статьи пишу. Ты «Мозаику» читаешь?
Ленка заинтересовалась.
– Теперь в каждом номере будет выходить статья о какой-нибудь мании современного человека. От рядовых случаев – до клинических. Сначала – немного теории, потом история главного героя, потом мнение специалиста, пути решения проблемы, рекомендации, примеры читателей. По одной теме – целая подборка информации, объемом до шести страниц.
Она кивнула.
– Интересно. А это может кому-то помочь?
– Не знаю на счет помочь. Но это интересно.
– А главные герои по правде будут?
– Все будет по правде, только некоторые письма читателей буду сам писать. А героев будем находить реальных.
– По дуркам?
– Нет. Это же мании города. Это то, что вокруг нас. Вот сейчас об алкоголизме пишу, – засмеялся Мих.
– С алкоголиком уже общался?
– Ага. Эдуард Николаевич, бывший главный инженер завода, квартиру пропил и бомжует на вокзале. Наша главред его еще до перестройки знала – толковый был мужик.
– Шикарно. И дамы будут такое читать?
– Будут. Дамы не должны быть в отрыве от социума. И я весело все описал. Со смыслом и с моралью. От теории – до анекдотов. Мне самому понравилось. А дамам – симптомы указал начала мании, когда «желание немного выпить для настроения» переходит в болезненную зависимость, чтобы были начеку.
– И одобрили? Кто там должен? Главный редактор?
– Она не видела еще. Но работа большая.
– Ты довольным выглядишь, – кивнула Ленка.
– А я доволен.
– А если она не похвалит?
Миха даже дернуло в кресле, словно слабым ударом тока.
– Я об этом не думаю.
– Да знаю я тебя, Миша Новиков, с самого детства, – отмахнулась Ленка. – Ты всегда думаешь о себе.
– Я тебе полку прибил?
– Ну, прибил.
– Я, что, когда прибивал, о себе думал?
– Да. О том, что ты хорошо прибиваешь, лучше и надежнее, чем было, – спокойно ответила Ленка.
– Мне тебя иногда укусить хочется.
– Уверена, что ты сделаешь это хорошо, – согласилась она. – А меня уже не тошнит по утрам. Я говорила?
– Нет.
– Не тошнит. Но в целом никак не могу отойти. В газетах пишут, что это убийство было, что доктор его виноват.
– Чей доктор?
– Майкла Джексона.
– Ладно, пошел я.
Мих поспешил убраться к себе, но компьютер уже не включал.
19. ПОЧТИ
Материала было даже больше, чем нужно. Даже больше. И Мих даже немного нервничал. Впервые он написал что-то не сухо-научное, а публицистическое, интересное и местами даже прикольное, как ему казалось.
И вдруг представилось, как Неля перечеркнет его статью и скажет:
– Бестолково!
И после этого он не сможет отшвырнуть листы и уйти. Его взяли в штат, он должен будет работать – переделывать, перекраивать, дополнять, снова искать этого алкоголика в зале ожидания на вокзале и уточнять детали его биографии, в то время как довести его биографию до удобоваримого состояния было и так непросто.
Неля все не появлялась. Окс-ред читала статьи, потом заглянула Окс-диз-фотограф, тонкая и больше похожая на модель, чем на фотографа, и они вместе ушли обедать. В кабинете неожиданно объявился Артур с вопросом:
– Как ты справляешься?
– В смысле?
– Как материал?
– А как реклама?
– Я серьезно спрашиваю, – вдруг нажал он.
– Я думал, ты не по этим делам, – Мих изобразил искреннее удивление.
– Ну, мои полномочия несколько шире, чем…
– Шире, чем что?
Артур не смутился. Сел на место Окс-реда за компьютером.
– Ты же видишь, что работой никто не занимается.
– За меня не волнуйся.
– Я не за тебя волнуюсь, я за наше общее дело, – ответил Артур, открывая Оксанкины файлы. – Все только о грязи думают, о пошлости всякой. Смотри, что у нее в ссылках: сайт поклонников анального секса.
Мих смотрел на него пораженно.
– Поэтому мир и катится к концу, – продолжил Артур серьезно. – Это закат цивилизации. И наши дети будут расти при этом разгуле порока, при полнейшей разнузданности нравов, будут пропитываться этой гнилью!
Вошла Оксана. Артур поднялся с ее места и вышел, не сказав ни слова. Мих тоже молчал.
– Он тут рылся? – сообразила она. – И что нашел?
– Что-то про анал.
– Блядь, один раз зашла, и принесло его на мою голову! Сектант проклятый!
– Он сектант?
– Нет. Просто с тех пор как у него ребенок родился, он конкретно сдвинулся на пороке и конце света. А я думаю, не дает ему жена, да и все.