На что напарник, даже не поворачиваясь, выразительно покрутил пальцем у виска.
— Толя, ты идиот? — в его голосе звучала даже не злость, а профессиональная усталость от необходимости объяснять очевидное.
— Да знаю я! Уже и пошутить нельзя? — сдулся Шустрый, с досадой отламывая кусок хвороста. — Совсем за придурка меня держишь?
Он пода́лся в сторону, пытаясь улучшить обзор. — Вон, с ними ещё баба с волыной. Ничё такая… Я бы ей…
— Договариваются о чём-то. Походу поедут куда-то, — перебил его старший товарищ, полностью поглощённый делом. — Как тронутся, мы…
Оба дёрнулись от неожиданности, а Шустрый ударился головой о потолок авто, когда справа от него раздался вкрадчивый стук. Взявшись за макушку, он повернулся как раз в тот момент, когда костяшка указательного пальца неизвестного ещё несколько раз ритмично отбила дробь по боковому стеклу.
Шустрый схватился за ручку стеклоподъёмника, и сделав несколько резких оборотов, высунулся наружу, уставившись на наглеца.
— Тебе чё надо? — Парень вовремя спохватился, чтобы не рявкнуть на всю улицу, но даже не пытался скрыть крайнюю степень раздражения.
— Зачем же так грубо?
Дружелюбно осведомился шатен лет тридцати пяти на вид, с тонкими усиками и острым подбородком, своим видом напоминающий работника какой-нибудь канцелярии.
— Вали, прохиндей. Нам ничего не надо, — сквозь зубы выдавил Шустрый, приняв визитёра за назойливого уличного продавалу, и попытался поднять стекло.
Приложенное усилие встретило неожиданное сопротивление. Раздался хруст. Стекло, на которое мягко легла ладонь незнакомца, осталось на месте, а рукоять стеклоподъемника — в пальцах Шустрого. Его бледное лицо пошло розовыми пятнами, глаза полыхнули злобой, но тут старший резко ткнул его локтем в бок. Возникла короткая заминка, которой немедленно воспользовался самозванец.
— Господа, у вас какие-то проблемы? — будничным тоном поинтересовался «клерк», пригибаясь так, чтобы встретиться взглядом с обоими сидящими в машине.
— Никаких! Вали!
— Тише, Толя. — Сухарь ещё раз ткнул локтём в бок подельника, не отрывая глаз от шатена. — Нормально всё у нас. Иди своей дорогой.
— Да? Тогда почему вы уже около часа торчите здесь, перед штабом охотников, и что-то высматриваете?
— Друга ждём! — выпалил Шустрый, гневно сверкая глазами. — Тебе-то что? Топай уже!
— И почему вы ждёте его не на парковке штаба, а здесь, через дорогу?
— Нам пора! — рявкнул Сухарь, повышая голос. Его взгляд метнулся к «буханке», которая, тронувшись, уже направлялась к перекрёстку. Не желая терять ни секунды, он резко повернул ключ, чтобы рвануть в погоню. Раздался тихий, зловещий дзиньк — обломок ключа остался в насквозь промёрзшем, покрывшемся инеем, замке зажигания.
Шустрый дёрнул головой, с ужасом заметив, как изо рта вырывается густой пар, а пронизывающий холод начал щипать кожу.
— Слушайте внимательно, клоуны, — едва заметная улыбка сошла с лица шатена, не оставив и следа от прежнего дружелюбия. — Я догадываюсь, зачем вы здесь. Уясните три правила. Говорю один раз… Увижу рядом с Константином Ерёминым — убью. Будете путаться под ногами — убью. Попадётесь мне на глаза ещё раз, даже случайно — исход тот же. Всё понятно? Моргните, если да.
Два тела, покрытые изморозью, начали подёргиваться, издавая нечленораздельные звуки.
— Это было лишь лёгкое предупреждение. Вашим нанимателям передайте: Константин — мой.
Взглянув на наручные часы, маг дёрнул левой рукой, перехватывая удобней рукоять коричневого портфеля из добротной кожи.
— Вынужден откланяться, господа. Дела зовут.
Кивнув в знак прощания, он развернулся и зашагал по тротуарной дорожке в сторону перекрёстка.
Глава 2
Орёл. Привокзальная площадь.
— Вдох… Выдох… Вдох… Выдох… Тааак, хорошо. Держись, Константин, держись, — моргая и размеренно дыша, я осторожно облокотился на кузов «повозки», пытаясь вернуть себе самообладание. — Бывало и хуже.
— Это про него ты мне рассказывал, Алексеич? — к нам с Уваровым подошёл крепкий немолодой мужчина с мощной челюстью, облачённый в форму с эполетами — «погонами», как их здесь называют, а также фуражку с гербом двуглавого грифона. Его оценивающий взгляд скользнул по мне. — Что-то не похож на матёрого вояку.
— В его случае внешность обманчива, — поспешил пояснить Уваров, и быстро подмигнул мне, что в исполнении единственного глаза на лице смотрелось довольно чудно́. — Это тот самый парень с… особыми талантами. Маг.