На репетициях Данила кажется чужим. Я не хочу, чтобы он казался чужим. Иногда я ловлю далёкую тьму его взгляда, отражение его странной музыки, и вижу незнакомца. Только мне Данила позволяет видеть себя настоящим, и этого достаточно. Пусть делит свою тьму с остальными, а мне останется его свет.
Иногда мне кажется, что именно я поддерживаю его свет, поэтому я осторожна и щедра со своей нежностью. Только я замечаю ранимость сильного мужчины рядом, и я не могу, не могу и не хочу его обидеть.
Есть ещё одна причина, почему я не хожу на концерты и репетиции. Вокруг Данилы крутится туча женщин, поклонниц и прочих, и мне неприятно на это смотреть. Когда я рядом, он ведёт себя безупречно, да и друзья частенько посмеиваются, что бесшабашный бабник потерял свою музыкальную голову. Но иногда я гадаю, что происходит после концертов или во время долгих вечерних репетиций. Можно ли ожидать от творческих людей постоянства?
Если тебя привлекла порывистость любовника, стоит ли потом удивляться его порывам?
Но это так, к слову.
Данила… он прекрасен, понимаете? Его невозможно не любить.
Со мной он нежен, искренен и бесконечно добр. Я бы никогда не оскорбила его недоверием.
И я очень надеюсь, что однажды он тоже научится мне доверять. Забудет о том, что случилось в школе, и перестанет искать подтверждений, что я нуждаюсь в нём так же сильно, как и он во мне.
От меня от требует только любви. Говорит об этом при каждой встрече.
— Люби меня, Ника.
Как припев.
В квартиру, которую снимает вместе с тремя друзьями, Данила почти не возвращается, да и мне неинтересно это сугубо мужское пространство. Однажды я спросила, доставили ли мои картины, и Данила улыбнулся, словно давно ждал этого вопроса.
— Знаешь, где они будут отлично смотреться? Я давно собираюсь купить большую отдельную квартиру. Надоело жить, как студенту, даже для гитар места нет, не то, что картин, и приходится хранить вещи у матери. Пришла пора найти подходящее место. Что ты думаешь по этому поводу?
— Отдельная квартира — это хорошо, — сказала я, задержав дыхание. Не то, чтобы присутствие Данилы меня стесняло, но я знала, на что он намекал. На то, чтобы жить вместе.
Или не намекал, а говорил прямо.
— Мы с тобой можем вместе поискать квартиры, — добавил он, следя за моей реакцией.
— Можем, — согласилась я, улыбаясь. Чувствуя себя, будто несусь в скоростном поезде и почти не различаю мелькающие виды за окном. — Когда погода улучшится, — предложила, отвечая на пытливый взгляд Данилы.
Он улыбнулся и кивнул, оставляя ощущение, что я только что согласилась на нечто большее, чем и так полностью захватившие меня отношения.
Магазин стал нейтральной территорией, куда я захожу, когда скучаю и хочу повидаться в течение дня. Я научилась разбираться в музыкальных инструментах, и меня иногда принимают за продавщицу. Один из друзей Данилы распустил слух, что я продала молодой семье очень дорогой рояль. Не думаю, что это правда, но я действительно помогла им советом. Скорее всего, неправильным.
Можно сказать, что я нашла своё место в мире Данилы.
— Тебе не обязательно любить мою музыку, но, пожалуйста, люби меня, — сказал он в самом начале наших отношений. Я не знала, что слово «любовь» произносят так быстро, но Данила любил меня с десятого класса. — Люби меня сильно, Ника. Ладно?
Можно ли любить музыканта, если ты не в восторге от его музыки? Оказалось, что можно.
Я нашла своё место в мире Данилы, а он вобрал в себя весь мой мир. Он стал моим миром.
Можно ли любить художницу, от которой ушло вдохновение? Получается, что да.
Мы погрузились друг в друга настолько, что я не ощущала потерь, только влечение. Такой жизни завидуют повсеместно, её снимают в фильмах. Творческие люди — интересные любовники. Никаких тебе трепыханий и потных рук под одеялом. Данила любит меня с красивой нежностью, а потом садится у окна и пишет музыку. Он не посвящает её мне, не будем настолько примитивны, но я чувствую себя в ней, во внезапных лирических аккордах и в каждой кульминации.
Данила черпает вдохновение из нашей близости. Он дарит мне море нежности, а в ответ получает творческие силы.
Глядя на пылящиеся в углу холсты, я мечтаю научиться тому же.
А пока…
Лежу, запутавшись в простынях, и улыбаюсь своей новой роли.
Я — муза Данилы Резника. Я удивляюсь этому. Как может свет наших отношений порождать тьму его творчества?
Но всё равно, я счастлива.