—Его зовут Егор—улыбается Алиска, качая головой—Ты неисправима, Санчес.
—Ты тоже—я подхожу и обнимаю её—Связалась в каким-то непонятным челом с кучей травм, ещё и на колесах. Вот нужен тебе этот геморрой?
—Я просто не могу без него—шепнула она мне на ухо.
—Я так и поняла. Любовь зла полюбишь и Емелю.
—Егора.
—Один фиг.
Отстранившись, я беру рюкзак и вновь смотрю в зеркало.
—Ты просто не встретила того самого, которого полюбишь со всеми его изъянами и недостатками.
—Он мне и не нужно, Лиска. Клятва о вечной любви такая фальшь. Так что я в неё не верю, в любовь твою.
—Придёт время и поверишь—мягко улыбнулась подруга.
—Ой, все—закатила я глаза—не промывай мне мозги своими розовыми пузырями. Если что —звони. Чмоки в обе щеки.
—Пока.
До базы отдыха долетаю с каким-то Джамбулом, без работающего в салоне кондиционера. А когда приезжаю на место, погода на улице в сорок пять плюс кажется мне освежающей. Здесь сплошной лес и пахнет соснами. Вдохнув полной грудью чистый загородный воздух, поправляю кепку и открываю железные ворота, за которыми посередине расположен двухэтажный дом с огромным пространством на первом этаже и комнатами для отдыха на втором, а по краям выстроены небольшие деревянные домики в линию. Слева, на специально отведенной территории расположена беседка с мангальной зоной. А справа, откуда доносится женский визг, перебивая музыку из колонок, бассейн с множеством лежанок. Всего этого я не вижу, но помню отчетливо, ведь сюда мы приезжаем не впервые. Если выйти за территорию и пройти чуть дальше по специальному мосту, то можно найти отель, в который заселяются директора и их свита. А мы, простые рабочие, живем здесь. Но отдыхаем, как принято все вместе на этой территории. Думаю, каждый из нас рад подобным коллективным сборам. Неформальная обстановка, все общаются на равных, хоть и держат дистанцию. А главное никакой работы—чистый кайф.
Где кто будет жить, выбирали коллективно, путём самого простого способа, какое только могло придумать человечество—выдергиванием зубочистки. У кого попалась короткая, тот отчалил на второй этаж коттеджа. А у кого длинная—расположился в маленьких домиках. Мне попалась короткая. Я не расстраиваюсь. Какая разница, где спать, будучи веселой и пьяной. В прошлый раз большинству даже кровати не пригодились, потому что они не спали вовсе.
—Ооо! Здорово, Санек!
Это Илья из отдела продаж. Невысокий светловолосый парнишка двадцати четырех лет с серьгой в ухе и в носу. Он пришел к нам пару месяцев назад и сразу же стал своим в доску.
—Привет, привет! —А ты чего так вырядился?—Киваю на его странную панаму кислотно желтого оттенка с ушами Шрека. Голубую майку и такие же кислотно желтые шорты, от которых у меня начинает рябить в глазах —Не уж то насмотрелся модных показов?
—Если бы. Масневой вчера в карты проиграл. Теперь придется весь день ходить как клоун.
—Не переживай, Илюша. Зато среди серой массы ты единственное яркое пятно. А вечером будешь вместо фонаря освещать дорогу.
—Да иди ты—хохотнул Илья. В этот момент у него зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и нахмурился. Затем перевел на меня виноватый взгляд—Бывшая.
—Я пока вещи положу—улыбнулась. Илья кивнул, но как- то рассеянно, словно мыслями был где- то в другом месте. Тогда я ускорилась, решив не мешать ему общаться.
Как только вошла в дом, кожу тут же обдало приятной прохладой. Я поднялась на второй этаж, отыскала свободную комнату с одной кроватью в конце коридора и, закрывшись изнутри, сначала сменила топ на купальный лифчик, затем надела поверх сетку и принялась наносить на свободные участки кожи крем от загара. Если этого не сделать, то через пару часов на мне места живого не останется. Такая уж особенность у бледнокожих и рыжих. Из приоткрытого окна доносились веселые голоса коллег. Звонкие женские и приглушенные мужские. Среди этой вакханалии отчетливо прослеживался дикий гогот Вероники. Поморщившись, я подошла к окну, чтобы посмотреть, от чего её так прет. А когда увидела темноволосый затылок Рябцева, все встало на свои места. Видимо, кое-кому надоело быть на вторых ролях, вот и надрывается девка изо всех сил, внимание к себе привлекает. Я бы на её месте ни на что особо не рассчитывала. Что-то мне подсказывает, она не в его вкусе. Была бы в его, она бы так не надрывалась.
Когда я спустилась к мангальной зоне, коллектив разделился на несколько лагерей: те, кто готовят, те, кто пьют, и те, кто стоят в сторонке, обсуждая готовящих и пьющих. Поздоровавшись со всеми, я налила в пластиковый стакан вино и подошла к Гоше с рекламного. Он нанизывал мясо на шампуры.