— Да, пора, — сказала Антигона. Она держала в руках цилиндр и сюртук Алекса.
Афина с Амальтеей беззвучно возникли за её спиной. Девчонки вдруг представились мне тремя Эриниями, богинями мщения.
Глаза у них были сухие.
Мы с Котовым уходили последними, и я проследил, чтобы майор поднёс огонёк зажигалки к бикфордову шнуру…
Возвращаться пришлось тем же путём, что пришли сюда.
Хафизулла рассказал, что нашел Лавея в пустой диспетчерской, прямо рядом со станцией, но дальше ход был завален обломками.
Так что мы спрыгнули на пути, и пошли. Ночное моё зрение никуда не делось. Не решил, нравился ли мне такой прощальный подарок колдуна, но деваться всё равно некуда.
А потом мы наткнулись…
Не знаю, откуда они взялись. Но весь туннель перед нами был забит тератосами. Они молча бродили с места на место, озирая бессмысленными глазами окружающую пустоту, и более всего походили на неряшливые экспонаты музея восковых фигур.
— Что будем делать? — спросил Котов отца Прохора. Почему-то теперь все стали считать чудо-отрока главным…
— Пойдём, помолясь, — пожал тот тощими плечиками. — Авось, пронесёт.
Не пронесло.
То-ли кто-то из нас неловко толкнул тератоса. То ли мы привлекли их внимание тем, что двигались не бесцельно, а целенаправленно.
А может, они почуяли кровь, которая пропитала рубашку Алекса почти целиком.
В глазах упырей начали появляться огоньки. Они прекратили блуждания и потянулись за нами. А точнее, к нам…
Вот Хафизулла помог Амальтее отцепить руки тератоса от своей одежды. Вот Котов, чертыхаясь, отпихнул от себя другого…
— Помните: не дайте себя покусать, — сказал отец Прохор. — Хозяина у них уже нет, но смертельный яд никуда не делся…
Потом Хафизулла дал короткую очередь из УЗИ — идеального оружия для тесных помещений… Котов достал ТТ, я тоже вооружился. Но мне пострелять не дали.
— Подержи, пожалуйста, — Гиллель протянул мне тело Алекса. — Не думаю, что его можно оставить где-нибудь в уголке, пока мы будем немножко заняты… Так что, не сочти за труд.
Я не стал спорить.
— Дай сюда, — Антигона вытащила из моей руки Дезерт Игл.
— Отдача тебя снесёт, как фантик, — сказал я.
— Не снесёт.
Крепко обхватив рукоять двумя руками и широко расставив крепенькие мускулистые ноги, она начала аккуратно палить по монстрам. Один выстрел — одна голова.
Обезглавленные тела тут же падали, как мешки с песком.
Гиллель с ними разговаривал. Он подходил к какому-нибудь упырю, брал того за плечо, и что-то шептал на ухо. Упырь после этого падал, а сторож шел к следующему.
Признаться, я рассчитывал, что он начнёт орудовать своей лопатой, как косой, но нет. Обошелся словом.
Один чудо-отрок, казалось бы, ничего не делал. Он меланхолично стоял на месте, чуть склонив голову с тощим хвостиком на затылке, и думал о своём. Но тератосы вокруг него падали, как скошенные травинки.
Не знаю, сколько прошло времени. Я держал Алекса — тело его было тяжелым, как колода, и я почти все свои силы тратил на то, чтобы не выпустить его из слабеющих рук. Время от времени я переходил с места на место — когда слишком ретивый упырь пытался добраться до нас с ним…
Но в целом я даже испытывал лёгкую благодарность к Гиллелю — за то, что он освободил меня от обязанности убивать тератосов. Технически, они и так уже мертвы. Но находясь рядом с ними, я как никогда остро ощущал схожесть их природы и своей.
Мне их было искренне жаль.
Я вовсе не хочу сказать, что другие их не жалели. Но в тот момент, держа на руках мёртвого друга, казалось, что моя скорбь стократ горше, чем чья-либо ещё.
— Ну… Вроде как всё, — сказал Котов, помахивая разогретым стволом ТТ. — Кончились.
И тут за спиной глухо грохнуло. Туннель чуть-чуть, едва заметно просел.
— Что это было? — Антигона смотрела на нас огромными, совершенно чёрными глазами без радужек. — Лавей?
— В каком-то смысле, — осклабился Котов. Признаться, я уже забыл о том, что мы там приготовили прощальный подарочек. От Сергеича.
— Вы что!.. Подорвали чемодан?.. — закричала Афина.
— Ну да, — обескураженный её реакцией, Котов развёл руками. — Что он, зря его тащил всю дорогу? К тому же, так надёжнее. Остались от козлика…
— ЛАВЕЙ ЗАПОЛНИЛ ТУННЕЛЬ ВЗРЫВЧАТКОЙ, — тихо, но так гулко, что слова отразились от стен, сказала Антигона.
Мы с майором переглянулись. Обмен мыслями произошел мгновенно: мы вспомнили, что колдун об этом говорил — вслух, при всех. Вспомнили, обругали друг друга последними словами, и…