— Здесь оно! — сказал Картазаев.
— Уж не глупее тебя! — огрызнулся Дубарь. — Сейчас мы ее!
И потянул с плеча автомат.
— Стой! — одновременно крикнули Картазаев и Матвей.
— Чего?
— Пропуск же есть! — сказал обходчик.
Было подозрительно, что у рядового служащего был допуск к объекту повышенной опасности, но Картазаев промолчал.
— Ты был внутри? — спросил он. — Много там всякой гадости?
— А как же, — ответил обходчик сразу на оба вопроса. — И ВАО и ЖРО.
(Прим. ВАО-высокоактивные отходы, ЖРО — жидкие радиоактивные отходы).
— А мы там не загнемся по твоей милости? — обеспокоился Ренегат.
— Контейнеры абсолютно герметичны, к тому же установлены в изолированных боксах.
— Хорош базарить! Открывай! — рявкнул Гус.
— Она здесь, — прошептал вдруг Феномен. — Я ее чую. Глубоко под землей. Она нас ждет.
— Кто она? — враз севшим голосом переспросил Ренегат, долговязый даже отчего то согнулся.
— Заткнулись все! — опять встрял Гус. — Кто раскроет пасть без разрешения, сдохнет! — он потряс пистолетом. — А ты чего застыл, Матвеич, открывай ворота. Более повторять не буду!
Обходчик торопливо снял трясущейся рукой с шеи засаленный от долгого ношения жетон, приложил к зрачку сканера. Монитор ожил, по нему побежали зеленого цвета строчки: дата, время, идентификационные коды. С писком зуммера, сообщавшего об окончании процедуры, на экране зажглась надпись: "Доступ разрешен".
В тот же миг за дверью раздался громкий удар, заставивший всех разве что не подпрыгнуть, и дверь с шипением гидроусилителей выдавилась из пазов, свободно повиснув на шарнирах.
— Ни хрена себе! — вырвалось у Зарока.
Из аппликатора выдавилась черная полоска со штрих-кодами, оторвав которую Матвей собирался сунуть в карман.
— Пропуск на выход! — пояснил он.
Гус без слов забрал ее себе.
Войдя, они оказались в промежуточной камере, снабженной еще одной дверью. Чтобы открыть ее, пришлось закрыть предыдущую, которая сразу заблокировалась.
— Откуда здесь ведется общее управление? — поинтересовался Картазаев.
— Здесь наверху есть площадка обслуживания.
Они прошли по короткому коридорчику с дверями в туалет и небольшую подсобку со швабрами, и, открыв дверь в конце, Матвей сделал приглашающий жест. На лице его светилось самодовольство и гордость.
— Ни хрена себе! — вырвалось у Зарока повторно.
— Что ты все-ни хрена, да ни хрена! — проворчал Дубарь.
Но на самом деле все были ошеломлены не меньше. Пункт управления объектом имел панорамное окно, за которым как на ладони была видна вся внутренность могильника.
Он имел кольцевое строение модулей, которые рассекали многочисленные транспортные галереи. От множества разноцветных контейнеров зарябило в глазах. Пол маячил далеко внизу.
— Что там? — указал туда Картазаев.
— ЗУМПФ для мониторинга дренажной воды, модуль подземного хранения упаковок с топливом, силовые подстанции и насосные станции. Все это я проверяю ежедневно.
— Да насрать что там внизу! Общак где монахи хранят? — Гус вскинул бедного обходчика за грудки. — И не говори, что не знаешь, а то сейчас вниз полетишь к своим насосам!
— Долго нам искать придется! — шмыгнул носом Ренегат. — Вон какая громада!
— У нас же Феномен есть! — возразил Дубарь. — Он как пес смердячий носом все чует.
— Благодарю, — шмыгнул тот.
Гус зыркнул на них глазом, и наверняка пристрелил бы кого-нибудь, самого ненужного, например Ренегата, но Матвей вдруг вспомнил:
— Монахи недавно что-то сгружали там, в одном месте! Я покажу!
И Картазаев понял со всей определенностью, что это ловушка.
Наверху Гус оставил Дубаря, своего верного цепного пса. После этого трое бандитов, обходчик, Картазаев и Калерия без особой тесноты уместились в кабину лифта и ухнули на 9 этажей вниз.
Внутренняя часть могильника являла собой полый цилиндр диаметром пятьдесят метров, визуально казавшийся больше из-за бесчисленных стеллажей с разноцветными контейнерами. Пространство склада занимало практически полностью весь могильник, оставляя узкий промежуток до круглой стены. Через равные промежутки в стену были врезаны двери, железные, с массивными ручками.
Заглянув, они убедились, что в стене по окружности проложен общий ход.
— Давай, показывай, где и что монахи разгружали! — подтолкнул Гус Матвея. — И лучше бы там оказалось то, о чем я думаю.
Старик согласно кивнул головой и бодро засеменил по транспортной галерее, прямо под ядовито — желтый знак радиационной опасности. Скоро к ним присоседилась и "Химическая опасность! Яды!".
Впрочем, все было цивильно. Пол освежен зеленой краской. В стеллажах насколько хватает глаз сверкающие бочки в крепких аккуратных поддонах.
Свернув на радиальную галерею, Матвей подвел их к стеллажу с полностью герметичными поддонами.
— Здесь!
Поддон имел два метра в длину и метр в высоту. Такими же поддонами были заставлены стеллажи до самого верха. Гус командовал, а Зарок с Ренегатом пытались сдвинуть контейнер.
— Не получится, — охладил их пыл Матвей. — Блокираторы не пустят. Автоматика. Подъемник нужен.
Как оказалось, подъемник перемешался по проложенным по галерее рельсам и в настоящее время находился на транспортном участке. Гус колебался, кого отправить. Главарь понимал, что не должен пускать столь важную миссию на самотек, но и бросать монаший общак жадность не позволяла.
Пошел Матвей, потому что единственный знал, где находится транспортный участок и как завести подъемник, Ренегат и Картазаев, который сам вызвался, но которого Гус предупредил, что если что, девушку он ему передаст по частям. На самом деле Картазаев больше всех был заинтересован, чтобы обходчик их ненароком не подставил.
Каким бы великим не казался склад, он был ограничен пространством могильника. К тому же рельсы не позволили им заплутать и спустя пару поворотов вывели к свободному пятачку с несколькими стоящими штабелерами и ричстакерами с надписью SPRUT. Тут же высилась стеклянная будка.
В этом месте обходчик сделался суетливым и быстрым, за ним попросту невозможно было уследить. Под предлогом, что нужно взять ключи, он нырнул в будку и вот уже в его руке темная литровая бутыль.
— Мальвазия! — пояснил он.
Слово неприятно кольнуло. Именно так Ники называла сорт вина из Экс-ан-Прованса, обладавшего, как она уверяла, колдовскими свойствами. Матвей что-то прочитал у него на лице, потому что счел за лучшее торопливо пояснить:
— Спирт. По инструкции положено. Здесь нельзя долго находиться. Вы ведь хотите, мужики, чтобы ваши епишки нормально функционировали?
Ренегату было все равно, он услышал волшебное слово "спирт". На Картазаевское "Не пей!" дико заорал и даже взмахнул прикладом. При желании Картазаев мог уложить его, нет, не одной левой. Под ногами лежали талрепы, это такая железяка с почти мясницкими крюками с обоих концов и стропы, те же устрашающие крюки только на цепях. В принципе, обошелся бы даже кулаками, но трудно до морды допрыгнуть. Ренегат ростом за 2 метра, тощий, с отвислыми как у обезьяны руками. Нет, лучше, пожалуй, талрепом. Но не сейчас. Очень хотелось узнать, на что способен дед.
Обходчик сунул ему ключ, велев заводить и подвезти машину, а сам сел разливать. Картазаев скрипнул зубами. Его полковника используют как мальчика на побегушках. Как оказалось, это не самое страшное.
Подъемник мачтового телескопического типа фирмы GOLEM кроме рельса опирался на колеса с полиуретановым покрытием. Тут же была лебедка с моторедуктором, позволяющая забраться на самые верхние ярусы.
Не успел Картазаев завести подъемник, как в стороне будки раздался шум разбивающегося стекла и короткий вопль.