Воронов получил момент боя один на один с низким убийцей, но вместо этого он метнулся в противоположную от него сторону. Схватив за шиворот мужика, Джин подсёк ему обе ноги в ударе, что хотел пырнуть ножом зажавшуюся у стены Изуми. Бандит с грохотом упал, и его лицо вмяла в бетонный пол нога парня. Следующему сопернику, с удара кулаком, были проломлены рёбра, что впились во внутренние органы.
Рывок и Джин снёс в стену ударом ноги отморозка, который намеревался ударить стальным прутом Мияко, что так и сидел на жопе, пытаясь пятиться назад.
В этот момент убийца имитирующий змею прыгнул на Воронова, нанося неуловимые глазу удары. За секундное противостояние, убийца умудрился схватить парня за предплечье, а Джин нанести ураганный удар ладонью. Убийцу откинуло назад, но его пальцы прорвали плоть, оставляя глубокие рытвины.
Джин не обращая внимания на боль, устремился следом, но на его пути сразу встал худой убийца. Обмен ударами и блоками и Джин плюнул ему в лицо кровью, после чего нанёс сильные толкающие удары, прорвавшись сквозь оборону врага.
Худой убийца отлетел к дверному проёму, а Джин ускорившись на свой максимальный предел, в прыжке с колена вышиб его из комнаты. Не успели ноги Воронова коснуться пола, как он смазался из поля зрения и оказался рядом с простым отморозком. Закрутил его в вихре ударов, после которых Джин швырнул умирающее тело в низкого убийцу, который хотел напасть со спины.
От такого развития событий, мастеру стиля стальной змеи пришлось выскочить в дверной проём, дабы не угодить под летящее тело. Джин рванул следом и выскочил из комнаты.
Захлопнув за собой дверь, Джин пошатнулся и чуть не согнулся от головокружения и боли в теле. Он уже был на пределе, но упрямо продолжал вести бой на пике силы, разрушающей его изнутри.
Убийцы напали одновременно, начиная атаковать со всевозможных углов.
Перемещаясь среди тел бандитов, они вели бой, за которым было сложно усмотреть. Разрывы дистанции и появления в разных местах, словно из воздуха. Молниеносные сближения и обмен ударами.
За вихрем смертельного боя, никто из бойцов не заметил, как единственная дверь открылись. За боем Джина и двумя убийцами из дверного проёма наблюдали Мияко со стальным прутом и Изуми, что сжимала в руках нож.
Воронов, заблокировавший удары худого бойца, резко ушёл вбок и хотел нанести удар, как на его боку сомкнулись стальные пальцы второго убийцы, что вошли в плоть по первые фаланги.
В глазах мастера стиля стальной змеи вспыхнул триумф победы, который сменился мимолётным непониманием. Ведь на лице Джина взыграл триумфальный кровавый оскал. Воронов закрутил своё тело вместе с убийцей, чьи пальцы застряли в его теле, будто в капкане. Под хруст ломающихся костей руки, Джин прикрылся от второго убийцы орущим от боли низким убийцей Лиги. Враг которого захлестнула волна агонии, был полностью открыт. Кулак парня проломил грудную клетку мастеру стиля стальной змеи, когда его напарник схватил низкого убийцу за шиворот и пытался отдёрнуть его от Джина.
Рывок и ускорение от пробивного удара, что промял и разрушил всё на своём пути, отшвырнул мёртвое тело, вырывая застрявшие в мышцах пальцы, оставляя рваные раны.
С губ Воронова сорвался стон и кровь, а он, припав на одно колено, схватил стальной прут и рванул в атаку начиная танцевать из последних сил туманный стиль своего мастера.
Худой убийца уклонялся и даже пытался атаковать, но всё было тщетно. Руки убийцы начали покрываться синяками и ссадинами, и тогда он решил отступить.
Резко разорвав дистанцию, убийца Лиги сразу был настигнут Вороновым, чьи глаза уже были наполовину закрыты. Стальной прут подобно самурайскому мечу обрушивался на тело бойца, отшибая и проминая плоть.
Последний рывок к бегству у убийцы оказался не таким стремительным. Но и Джин еле держался, чтобы не упасть. Это не укрылось от глаз бойца Лиги. Его враг практически мёртв и ослаб.
Худой мужчина уклонился от прута, и рванул в атаку, сокращая дистанцию. В этот момент Джин начал выражение, поворачиваясь спиной, будто в круговом замахе прутом.
Убийца выкинул руку желая заблокировать ударное плечо и не дать свершиться удару, как встал как вкопанный, а из его рта полилась кровь. Он перевёл удивлённый взгляд со спины парня на свой живот, в котором торчал прут.
Джин же, тяжело дыша, выдернул своё орудие и продолжил движение. Прут со свистом рассекая воздух, влетел в голову умирающего бойца, проламывая череп и снося того с ног.
Тело упало, и под ним стала растекаться лужа крови, а рядом рухнул на колени и Джин, роняя голову на грудь, под звук упавшей арматуры.
— Это наш шанс, — воровато произнёс Мияко. — Надо его добить. На нас никто не подумает.
Изуми дрожащая, как осиновый лист на ветру, дёрнулась от слов японца, смотря на него во все глаза. Её руки сжали сильнее рукоять ножа, а в голову ворвалась мысль, что это её шанс на месть.
Глава 12
Изуми сделала шаг за дверь, выходя из комнаты. Ладонь женщины ещё сильнее сжала рукоять ножа. Следом за ней шагнул и Мияко. Нога мужчины зацепилась за остатки баррикады, и он грохнулся на пол, сильно приложившись плечом об бетонный пол.
Изуми вздрогнула и резко повернулась на японца, что от падения издал невнятный стон боли вперемешку с матом, зажимая рукой отбитую часть тела.
Японка, чувствуя нервный страх, опять развернулась и посмотрела на Джина, что так и остался сидеть неподвижно среди лежащих тел.
— Чёрт. Как же больно. Изуми не стой столбом. — Шипел Мияко, всё ещё лежа на полу.
Женщина сглотнула и, содрогаясь внутренней дрожью, сделала неуверенный шаг в направлении Воронова. Шаг, второй и Изуми опасливо перешагнула тело крупного мужчины со стеклянными глазами и перемазанными кровью губами с подбородком. В голове женщины в этот момент реальность накладывалась на воспоминания. Ужасные события убийства её родителей и многих членов клана Наоки, сейчас отображались на мёртвых телах бандитов, раскиданных по всему помещению.
Изуми медленно двигалась между тел, сжимая нож, будто абсолютную защиту. Что сейчас творилось в душе и голове женщины, нельзя было представить. За спиной Изуми пыхтя, поднимался Мияко, баюкая отбитое плечо.
Наоки же, чуть дыша, приближалась к Джину, что так и не пошевелился за всё это время. Окровавленный парень, который был весь в крови и ранах, как будто уже был мёртв.
— Аааа! Чёрт! Отцепись мразь! — послышался со спины нервный крик Мияко.
Изуми резко развернулась назад и увидела, как один из бандитов лежавших на полу, схватил за штанину идущего чуть в отдалении Мияко. Мужчина от такого дёрнулся назад и опять грохнулся, только теперь на задницу.
— Получи! Получи ублюдок. — стал пинать Мияко Шимо из сидячего положения, полумёртвого мужика. — Сдохни кусок говна. — Вспомнив, что в его руке стальной прут, японец начал наносить им удары, уже по телу, не подающему признаков жизни.
— Изуми, — обратился Мияко, всё ещё сидя на полу к японке. — Не стой. Действуй. Это наш шанс. Времени мало. Полиция должна вот-вот приехать.
Наоки от слов мужчины слегка залихорадило и она, повернувшись к Джину, шагнула вперёд, опасливо смотря на тела якудза, которые обходила или перешагивала.
Боль и издевательства прожитых лет тянули Изуми вперёд, туда где, как статуя сидел Воронов. Картины прошлого били по нервам, заставляя сильнее сжимать нож и чувствовать правильность своего поступка.
Каждый шаг женщины отдавался образами и голосами из прошлого. Словами ненавистного ей демона по имени Гнев, что обещал уничтожить весь её клан, если она не согласится на сделку. Образами расправы над её семьёй. Унижениями от Аяко, в лапы которого она попала. Надменными и унизительными взглядами окружающих, что преследовали её везде на протяжении долгих лет.