Воронов слегка приподнял голову и попытался посмотреть на свою жену.
— В канцелярию? Зачем? — удивлённо протянул парень.
Изуми, провела пальчиками по груди Джина.
— Надо утрясти последнее дело. Ты мой муж, и я хочу взять твою фамилию. Хочу быть Вороновой-Наоки.
Джин улыбнулся и прижал к себе Изуми, что так же крепко обняла его.
— Хорошо, — легко произнёс он. — Но для этого надо выбраться из кровати. Потом заедем купить билет до Кореи.
Изуми вздрогнула и приподнялась уставившись в лицо мужа.
— Как? Зачем? — сразу разразилась она вопросами.
— У меня там есть незавершенные дела, и если ты не забыла там… — Джин осёкся.
Изуми приподнялась и легла на подушку смотря на Джина.
— Остались женщины.
— Да. Я тебе про них рассказывал. — Слегка с опаской произнёс парень, смотря на жену.
— Рассказывал. Пусть будут. Ты всё равно мой. И я, — приподнялась женщина, демонстрируя кольцо на пальце. — Твоя жена. Я поеду с тобой, вот и познакомишь нас. И что за дела?
Джин смотрел на Изуми, и ему не хотелось ей врать и юлить, придумывая мифические дела. Ведь она была для парня родной душой. Это заметила и японка. Её взгляд стал серьезным и встревоженным.
— Что случилось? — не дождавшись ответов, произнесла японка.
— Я хочу быть с тобой честен, — начал говорить Джин. — У меня есть дело, которое если не выполнить, я умру.
— ЧТО⁈ — Изуми вскрикнула, сев на кровати.
— Это долгая история, в которую не поверить. Просто знай. Я вернусь к тебе. — Джин говоря это, хотел было встать, но Изуми не дала ему это сделать.
Японка вмиг села на парня, вдавливая его руками в кровать.
— Рассказывай. Я твоя жена, кто, как не я тебе поверит. — Серьезно и взволновано выпалила Наоки.
Джин тяжело выдохнул и начал свой рассказ, умолчав лишь о том, что он из другого мира. Изуми слушала открыв рот, а когда Воронов закончил говорить, произнесла:
— То есть ты связан судьбой с шестью женщинами. Правду же знаю только я, а другим ты это рассказывать не будешь?
Джин кивнул, увидев, как расплылась в улыбке японка, после его кивка.
— Что? — непонимающе уставился парень на Изуми, что так и осталась сидеть на нём.
— Я во всём первая и в нашем секрете — единственная. — Промурлыкала Изуми и наклонившись вперёд, поцеловала Джина в губы.
Джин в этот момент мысленно выдохнул и отдался поцелую, а его рука скользнула на бедро женщины.
Комнату они покинули только во второй половине дня, после чего поехали в имперскую канцелярию, после которой Изуми сияла, как восходящее солнце.
— Может мне всё таки с тобой поехать? — всё не оставляла попыток Изуми, когда они шли к кассам покупать билет до Кореи.
— У тебя дел мало? — Джин наигранно строго посмотрел на жену. — Тебе договора заключать надо и позиции клана укреплять. Вот и займись этим. Вон тебе сегодня уже два раза глава клана Мотоки звонила.
— Кстати о Мотоки, — японка обняла рукой Джина. — Ты же спас эту Каори. Она ведь тоже была связана с тобой. И что с ней делать?
Воронов встал в паре метров от кассы и вопросительно уставился на Изуми.
— В смысле, что с ней делать?
— Ну, она же связана с тобой и может испытывать к тебе чувства, как и ты к ней. — Как-то неуверенно произнесла японка.
— Нет, — отмахнулся парень. — Она меня ненавидела и хотела по полу размазать. Даже к шантажу прибегла.
Изуми, слегка скривилась и дёрнула на себя Джина, прижимаясь к нему грудью, смотря в глаза.
— Я тоже тебя сначала ненавидела, а теперь люблю больше жизни. — Японка поцеловала Джина под всеобщие взгляды посетителей касс.
В номере одного из лучших отелей Токио, на диванчике восседал Исаму. Он попивал зелёный чай и смотрел на большом экране новости.
— И здесь поспел. — Весело бормотал старый японец на слова ведущего новостей. — На твою удачу Хина.
По телевизору, как раз шёл репортаж о событиях, случившихся на открытии малого турнира императора.
В номер вошла Хина Мотоки и наиграно зло зыркнула на весёлого деда.
— Что-то стряслось? — в шутливой форме произнёс Дэйчи.
— Ты оказался прав. — Неохотно произнесла волчица, садясь в кресло, что стояло рядом с диваном.
Японец выключил звук на телевизоре и произнёс:
— И в чём же на этот раз?
— Изуми Наоки. — Буркнула старуха, с лёгкой наигранностью.
— Что, Изуми Наоки? — лыбился дед, наливая чай в пустую чашечку.
— Она сегодня стала Воронова-Наоки. Всё как ты и говорил.
Дэйчи расплылся в улыбке, пододвигая чашку своей даме.
— Вот и хорошо. Джин стал частью Японии, как ты и хотела, а ещё обрёл любовь. Кстати, как там Каори?
Японка слегка исподлобья посмотрела на весёлого старика и сама улыбнулась.
— Да. Девочка достойна счастья. Натерпелась она немало. А что Каори? Не вылезает из тренировочного зала. Она вмиг стала известна. Все же думают, что она победила убийцу Лиги. Вот и тренируется. После такой медийной победы, проиграть в бою турнира теперь очень страшно для неё.
Дейци Исаму расплылся в улыбке, смотря вопросительно на волчицу.
— Да. Он ей понравился. Доволен? Ты бы видел, как она злилась, когда твоего ученика пытались принизить. Я даже переживала, что она устроит скандал, или того хуже — драку. — Сдалась Хина под взглядом своего возлюбленного.
— Тогда впору о многом задуматься. — Задумчиво произнёс японец, и отпил чаю.
— Ты про что? — хотела отпить чаю волчица, но от слов деда не сделала этого.
— Ты как всегда, привыкла смотреть чуть дальше своего красивого хвоста, моя дорогая. — Улыбнулся Дэйчи.
— Ты про что опять? — непонимающе протянула Хина Мотоки.
— Ты любишь свою названную внучку? — Вопросом на вопрос ответил старый японец.
— Да, — ни секунды не колеблясь, ответила женщина. — А это тут при чём?
Исаму только слегка скривился и начал говорить:
— Смотри. Я конечно хуже тебя знаю Каори, но думаю это не просто симпатия за спасение или некий долг за свою жизнь. А тренируется она до упаду, чтобы выкинуть его из головы. Она же тоже тебя любит. Даже решила победить Джина, чтобы доказать, что она лучше и ты была права, а я нет. Похвально конечно, но итог такого боя был очевиден.
— Это ты к чему? — хлопала глазами волчица. — К чему ты клонишь? Старый ты интриган.
— Я же говорил, что дальше хвоста не смотришь. — Выдохнул дед.
— Да, говори ты уже. — Хлопнула Хина себя по коленке.
— Она тебя любит и хочет выкинуть Джина из головы. Вот и тренируется всё время напролёт. Отношения с ним — это подвести тебя и твой клан. Что будет, если она захочет быть с ним рядом? В клан Мотоки его не втащить. Она это понимает. Уйти же к Джину и покинуть клан она не может, она же одна из трёх приемников. Но это не главная причина. Главная причина — в любви и преданности к тебе, моя дорогая.
Хина Мотоки слушала и молчала. Старческое сердце слегка ёкало от слов деда. Она любила Каори, как родную внучку и желала ей только лучшего, а главное — счастья.
— Если ты прав, что тогда делать? — тяжело вздохнула старая волчица, что сама обрела своё счастье только совсем недавно.
Исаму закинул ногу на ногу и улыбнулся.
— Как что? Поговорить с Каори, и дать ей понять, что какое бы решение она ни приняла, ты его поддержишь, как любящая бабушка. Даже если она решит уйти к Джину. Она всегда останется твоей любимой внучкой. Всегда же можно выкрутиться. Пусть берёт пример с Изуми, что стала Воронова-Наоки. — Громко засмеялся дед.
Глава 18
На следующий день после покупки билетов до Кореи, Джин отправился к камерам хранения. Всё это время у парня не было времени забрать прощальный подарок своего наставника, и вот сейчас настало это время.
Воронов прошёл к камерам хранения и, найдя нужную ячейку, ввёл код. Щёлкнул замок, и дверца слегка приоткрылась. Отведя дверцу до конца, Джин посмотрел внутрь ячейки хранения, тяжело вздохнув при этом. Содержимое камеры хранения навеяло воспоминания о Исаму, что пришли вместе с лёгкой тоской.