Что касается английского посла в Германии сэра Невиля Гендерсона, те он был настолько очарован охотой Геринга и личностью Геббельса, что оставлял без всякого внимание все откровенные намеки разведки английского министерства иностранных дел. К тому же Гендерсон неспособен был составить себе ясное и четкое мнение по многим важнейшим вопросам внешней политики. Отличный охотник, он был плохим знатоком людей и совершенно не знал ничего о бандитских методах в дипломатии. Вот почему он, в сущности, так и не понял, что же, собственно говоря, в конце концов, произошло. Между тем для Англии ход событий делался все более и более угрожающим. Роберт Ванситтарт имел сведения о том, что немцы строят большое количество подводных лодок и что морское «соглашение» постоянно нарушается. Он передал свои сведения в «Б-4» и был приглашен на секретное совещание. На этом совещании было установлено, что морская разведка, которая должна добывать подобные сведения и передавать их соответствующим инстанциям, кладет их под сукно. Когда некоторым чиновникам Адмиралтейства предложили дать свои объяснения, то они невразумительно разъяснили, что на подобного рода донесения не обращали должного внимания, так как считали их преувеличенными.
По-видимому, известная доля вины за то, что Чемберлен был информирован из рук вон плохо, ложится и на других лиц. Однако в основном виновен был он лично; премьер настолько не доверял разведке министерства иностранных дел, что создал нечто вроде собственного разведывательного органа. Основным человеком в этой организации был экономист Вильсон, друг главы Английского банка Монтегю Нормана, известного своими симпатиями к гитлеровской Германии. Вильсон сводил на нет плоды всей деятельности разведки. Идя на поводу у Вильсона, Чемберлен демонстративно игнорировал все ее доклады и уделял все свое внимание докладам специальных обозревателей, вроде Хора и Саймона. Тем более что их доклады были значительно приятнее и успокоительнее докладов разведки.
И вот грянула буря.
В январе 1938 года Антони Иден, находившийся в Женеве, узнал, что Гитлер намерен вторгнуться в Австрию в течение ближайших двух месяцев.
Это сообщение он получил окольным путем. Оно было передано одним из руководителей французского 2-го бюро. Человек этот счел нужным сообщить английскому министру иностранных дел, что сам он получил эти сведения из Лондона.
Роберт Ванситтарт прибег к этому ухищрению, как к последнему средству. Он понимал, что если бы такой доклад был доставлен обычным путем непосредственно Чемберлену, то он остался бы лежать непрочитанным до тех пор, пока ход событий не сделал бы его содержание устаревшим. И он был совершенно прав.
Иден немедленно телефонировал Чемберлену. С необычной серьезностью премьер обещал рассмотреть этот вопрос. Затем он вызвал Ванситтарта. Не зная того, что Иден получил эти данные из французского источника, он стал упрекать Ванситтарта в том, что тот передал столь важные сведения прямо министру иностранных дел, минуя его, Чемберлена.
Ванситтарт мог бы сказать, что не передавал Идену этого сообщения. Все же он решил объясниться начистоту. В результате имел место крупный разговор, окончившийся тем, что Чемберлен «повысил» Ванситтарта по службе. Официально Ванситтарт считался постоянным помощником министра иностранных дел. Чемберлен создал для него новую должность — главного советника по иностранным делам.
Это «повышение» на деле означало, что Ванситтарт был изъят, отстранен и изолирован от разведки. Помощник Ванситтарта Хэнки также получил «повышение». Чемберлен назначил его директором компании «Суэцкий канал».
Тем временем Иден возвратился из Женевы. Он сразу потребовал от Чемберлена занять твердую позицию по существу вопроса.
20 февраля 1938 года Антони Иден подал в отставку. Министром иностранных дел был назначен лорд Галифакс.
Что касается Ванситтарта, то в этом случае разведка министерства иностранных дел впервые запротестовала, считая, что Чемберлен зашел слишком далеко. В течение нескольких часов после «повышения» Ванситтарта все руководящие деятели разведки подали в отставку. Чемберлен был вынужден оставить Ванситтарта во главе разведки министерства иностранных дел.
Когда австрийский канцлер Шушниг вернулся из своей неудачной поездки к Гитлеру в Берхтесгаден, Ванситтарт понял, что только немедленное вмешательство Англии может остановить Германию. Он также сознавал, что если не остановить Гитлера сейчас, то сроки будут упущены.