В тот период генерал фон Эпп и его «колониальное управление» старались проводить свои планы в жизнь еще более или менее осторожно. Но и тогда уже перед ними возникали кое-какие затруднения. Так, например, когда фон Эпп потребовал от всех немцев, проживающих в бывших колониях, принятия присяги на верность Адольфу Гитлеру, то сразу возникло опасение, что это требование вызовет серьезное противодействие.
Генерал фон Эпп все же быстро расширил свое «колониальное управление». Он тесно сотрудничал с Николаи и военным министерством, с Канарисом и министерством иностранных дел и, разумеется, с АО. Как шпионская организация «Имперское колониальное управление» было буквально незаменимо. Штаб-квартира его помещалась в Мюнхене, а отделения — в Берлине, Гамбурге, Бремене. Его деятельность в основном концентрировалась вокруг бывших германских колоний в Африке. Задача заключалась в разжигании вражды между бурами и англичанами, в осуществлении контроля над существующими германскими торговыми предприятиями в бывших колониях и в превращении их в шпионские гнезда. Наиболее важным из этих предприятий была существовавшая уже в течение 50 лет компания «Ворман и Брок» со своими отделениями и агентами в Кейптауне, Виндхуке и в Португальской Анголе. Большая часть служащих этой компании являлась агентами «колониального управления» и получала задания организовать проживающих в колониях немцев и привлечь их к шпионской работе. Тот факт, что большинство немцев в колониях являлось британскими подданными, очень облегчал их шпионскую деятельность, так как эти люди могли разъезжать беспрепятственно, не возбуждая никаких подозрений.
С уменьшением влияния фон Нейрата и с ростом удельного веса Канариса и Риббентропа (еще до официального назначения последнего министром иностранных дел) фон Эпп смог начать действовать в Африке все более и более свободно. После Локарнского договора 1925 года он получил возможность расселять немцев на территории бывших колоний и эту лазейку использовал весьма Широко. План заключался в том, чтобы создать на этих землях германское большинство. Германские переселенцы снабжались достаточными средствами для закупки земли, что сделать было весьма не трудно, так как местные фермеры погрязли в долгах.
В конце 1934 года фон Эпп и министерство иностранных дел послали «коммерсантов» и «техников» на постоянное жительство в Испанское Марокко и Танжер. Таким путем началась подготовка мятежа Франко.
Но подлинное сотрудничество между фон Эппом и Канарисом началось лишь после назначения Риббентропа министром иностранных дел. Канарис сразу же приступил к созданию консульств во всех бывших германских колониях, а также 60 французских владениях в Африке. Количество направлявшихся в Африку «ученых» и «дельцов» постоянно возрастало. Марокко, Тунис, Алжир стали вотчинами полковника Николаи.
В апреле 1939 года генерал Сметс, тогдашний министр юстиции Южно-Африканского союза, заявил, что сотни молодых немцев ежегодно посылаются из Южной Африки в Германию для прохождения специальной подготовки. Не нужно быть особенно проницательным, чтобы догадаться, какую именно «специальную подготовку» имел в виду генерал Сметс.
Как бы в ответ на это заявление в Южную Африку немедленно назначили нового немецкого генерального консула. Это был доктор Либау — в прошлом генеральный консул в Судетской области, один из главных организаторов генлейновских банд.
И все же, несмотря на все эти разнообразные виды подрывной деятельности, «Имперское колониальное управление» и министерство иностранных дел пришли к выводу, что судьба африканских колоний Германии должна быть решена в Европе. Поэтому вся проводимая работа считалась лишь подготовительным наброском для будущей всеобщей экспансии.
Та же самая точка зрения восторжествовала в отношении германского шпионажа на Ближнем Востоке и в Азии, т. е. уже за пределами бывших германских колоний. В основном германский шпионаж в Азии ограничивался одним лишь наблюдением за британской разведкой и стремлением всячески затруднить и затормозить ее деятельность.
В Иран были сравнительно рано посланы делегации «коммерсантов» и «ученых». Среди них находились агенты, которые оставались в стране уже после отъезда делегаций и которые спустя несколько лет назначались консулами и вице-консулами.
Все эти операции возглавлял Макс Оппенгейм, известный археолог, ставший при Канарисе начальником ближневосточного отдела и сотрудничавший с генералом фон Эппом. Он много путешествовал, частично с научными целями; Как шпион он долгое время оставался в тени, ограничивая себя лишь функциями руководителя. Но после капитуляции Франции он прибыл в Бейрут, якобы для наблюдения за выполнением условий перемирия, фактически же — для установления связи с некоторыми арабскими племенами и для подстрекательства их к мятежу.