— Да ладно тебе, красотка! — подмигнув ведьме, крикнул коротышка с мостика. — Не ревнуй! А лучше оставайся здесь со мной. Этот корабль, по-моему, куда приятнее посмертного суда, куда нам с тобой нужно было попасть. Гарантирую — у тебя будет собственная каюта!
Глория лишь удивлённо хмыкнула и покачала в ответ головой, когда подчинившаяся взгляду Черномора палуба сама собой вырастила люк в обещанную ведьме каюту.
— Ты и правда считаешь, что можешь соблазнить меня каютой на этом плавучем гробу? — усмехнулась ведьма, но все же шагнула вперед, поставив ногу на одну из ступенек, ведущих в подпалубное помещение.
— Ну, а что? — Черномор распахнул руки, и паруса над ними шумно затрепетали, будто аплодируя. — У нас с тобой есть все: и романтичный ветер, и бескрайняя водяная гладь, целая куча разных монстров, которых на земле уже и не встретишь! А еще я и веселая команда, готовые выполнить любой твой каприз…
— И вечный запах гнилой селедки, — со смехом добавила Глория, сморщив нос.
Корабль внезапно дернулся, будто слегка обидевшись, и брызнул в ее сторону вонючей болотной жижей.
— Ой, — Черномор потер ладонью колесо штурвала, словно успокаивая какое-то животное. Он у нас… чуткий.
Нагльфар довольно заскрипел мачтами, снова разогнавшись. Впереди замаячил туман — густой, серый, с вкраплениями зеленоватых огоньков, будто там, в темноте кто-то развесил целую кучу карнавальных фонариков.
Туман сгустился, окутывая Нагльфар мягким, почти шелковым покрывалом. Зеленоватые огоньки в его глубине вспыхивали и гасли, будто подмигивая кораблю и его обитателям.
Глория прищурилась, словно оценивая предложение Черномора. Ветер играл с её белокурыми прядями, закручивая их в причудливые узоры, а в глазах ведьмы угадывался настоящий интерес. Глория, всё ещё стоявшая на ступеньке ведущего вниз люка, наконец, сделала шаг вперед и неожиданно для себя приобрела потерянную при смерти материальность.
Черномор украдкой улыбнулся, когда увидел, как её платье слегка колышется от ветра, обнажая тонкую лодыжку. Ведьма, ощутив происходящее с ней, рассмеялась, и её смех был уже не таким язвительным. Она остановилась, проведя руками по восстановленному телу, словно всё еще не веря в происходящее.
Черномор ловко спрыгнул с мостика, оставляя штурвал в руках одного из мертвецов — того самого, сообщившего Черномору, что он теперь капитан. Приняв в руки штурвал, мертвец гордо вытянулся, осознавая важность момента. А коротышка неторопливо подошел к Глории, его каблуки дробно простучали по палубе Нагльфара.
— Как тебе мой подарок, красавица? — Он остановился в полушаге от неё, заглядывая ей в глаза. — На этом корабле я могу изменить для тебя даже законы мироздания!
— Ты всегда был слишком самоуверенным, — произнесла ведьма с теплотой в голосе. Обретение потерянного тела подействовало на неё самым благоприятным образом.
— Если бы я был скромнее, мы с тобой сейчас плыли в утлой лохани Харона к посмертному суду…
Неожиданно Глория оступилась, и палуба под её ногами слегка «прогнулась» — Нагльфар немедленно среагировал, помогая ведьме сохранить потерянное равновесие.
— Этот корабль… — начала Глория, но Черномор не дал ей продолжить, взяв ведьму за руку.
— Этот корабль — твой, если захочешь!
— Ты знаешь, капитан, — после небольшой паузы произнесла ведьма, — я всегда мечтала о дальних путешествиях и неизведанных берегах и странах… И не с какой-нибудь особой целью, а просто… Но так ни разу и не собралась за всю свою немалую, по человеческим меркам, жизнь.
— Ну что ж, красотка, — Черномор неожиданно даже стал выше ростом и взял Глорию под руку, — тогда добро пожаловать в самое романтичное путешествие твоей жизни!
Вдвоем он прошли на капитанский мостик. Черномор ухмыльнулся, вновь встав у штурвала, и повернул его так, что корабль плавно вошёл в самую глубь светящегося тумана. Зелёные огоньки замерцали вокруг, освещая лица Глории и Черномора призрачным светом.
Корабль плыл сквозь туман, и странное чувство наполняло воздух — будто сама смерть в этом мрачном мире мертвых, изначально лишённом любых надежд, на миг отступила, уступив место чему-то новому. Даже мёртвые матросы это почувствовали, забормотав что-то одобрительное, вместо привычного «часть команды, часть корабля».
— Даже они тебя поддерживают, — заметил Черномор, кивая в сторону команды. — Видишь? Даже мертвецы верят в нас!
Глория покачала головой, но в уголках её губ дрожала улыбка:
— Ты невозможен…
— Зато незабываем!