Белиал хмыкнул:
— Это мне напоминает Харона — тот тоже не может без своего болота.
А Каин лишь молча кивнул головой — похоже, знал о свойствах чудесной тропы. Когда мы вошли под сень деревьев, воздух сразу стал гуще, тяжелее. Ветви сплетались над головами, почти не пропуская света — листопад здесь еще не наступил, а земля утопала в мху и гниющих листьях.
— Только есть одна проблема… — Я решил предупредить своих временных соратников. — У меня есть два варианта волшебной лесной тропы — обычная и… так скажем, немного доработанная…
— И в чём разница? — уточнил Каин.
— Обычная тропа, скажем так, она почти безопасна, но намного «медленнее», чем доработанная…
— Насколько медленнее? — тут же задал следующий вопрос Каин. — Насколько быстрой является обычная тропа, я себе представляю. А вот что значит «доработанная»? И как вообще можно «доработать» природную магию леших?
— А кто установил, что она — «природная»? — усмехнулся я. — Но, вы уж меня извините, ребятки, свои «ноу-хау» я не раскрою никому! — Отрубил я всевозможные поползновения спутников (прямо-таки скажу — ненадежных, ведь мы лишь временно вместе) разузнать мои секреты.
— А какая еще может быть магия у леших? — Каин натурально изумился, да и Белиал выглядел не лучше.
Да, похоже, ребятки погрязли в костности и невежестве. Они никак не развиваются в плане магических разработок. Пользуются тем, чем Бог послал еще при сотворении мира. А придумать самому что-то новенькое — ума не хватает, либо воображения.
Мы же с Глашей буквально за неделю разработали её универсальное целительское заклинание, а потом они с дедулей буквально за несколько дней еще пару новшеств внедрили. Да каких! Эти деятели всё время сидели на жопе ровно, пользуясь тем, что имели.
Если у нас всё получится, и мир удастся отстоять, победив демона Хаоса, думаю, что дни всех этих «владык» и «властелинов» будут сочтены. Моя задумка — создание настоящего магического НИИ в Пескоройке, заткнёт всех за пояс. И я в этом уверен на все сто процентов. Но сейчас нужно было решать самую насущную задачу — заземлить грёбаного демона, а всё остальное — потом!
— Так что там с твоей доработанной тропой? — догадавшись, что ни на какие другие вопросы я отвечать не буду, Каин вернулся к предыдущей теме.
— Доработанная тропа — в разы быстрее, но она опасна… Там водятся такие твари, о которых я даже не подозревал.
— Ну, это дело поправимое, — оскалился упырь, — мы сами, те еще твари! Так что давай — открывай свою, доработанную.
— Хорошо! — Я прижал руку к стволу самого древнего дуба, что стоял, будто страж, у входа в чащу, и «прошептал» слово, подаренное мне дедкой Большаком, присовокупив к нему разработанный дедулей конструкт.
Земля под ногами дрогнула. Деревья разошлись в стороны, обнажив узкую тропу, которая уходила вглубь леса. Воздух над ней колыхался, как над раскаленным песком. Я первым ступил на тропу. Белиал и Каин, последовали за мной.
Тропинка не вела прямо — она петляла, сворачивала в немыслимые стороны, будто играла с нами. Лес вокруг то густел, то редел, показывая то поляны с незнакомыми цветами, то овраги, где шептались невидимые существа. Временами казалось, что сами деревья шагают бок о бок с нами по обочине.
Временами между стволами мелькали тени — то ли люди, то ли звери, то ли это просто была игра света. Но они (кто бы это ни был) не приближались. Лишь когда мы вступили в особенно густую часть леса, тропа внезапно сузилась до такой степени, что приходилось идти гуськом, едва не задевая плечами шершавые стволы деревьев.
Воздух стал совсем тяжёлым, пропитанным запахом прелой листвы и чего-то металлического, похожего на кровь. Каин нервно ощерил клыки, а Белиал провёл пальцами по короткому клинку, который выудил со слова, и на котором плясали алые руны.
На мгновение черты демона поплыли, открывая нам с Каином его истинный демонический облик — уродливой крылатой машины для убийства, снабженной полным набором клыков, рогов и когтей. Но это продлилось буквально мгновение — его огромные кожистые крылья просто-напросто не помещались на тропе.
— Кажется, приплыли… — пробормотал я, чувствуя, как по окружающему лесу пошла волна какой-то «левой» активности.
И тут же из чащи хлынули «они». Сперва это было лишь шевеления в кронах. Потом — появились тонкие и слишком длинные конечности, которыми они цеплялись за стволы деревьев. Твари сползали сверху, бесшумные, как пауки, но куда более жуткие: существа с кожей цвета запёкшейся грязи, с безглазыми, сплошь зубастыми мордами, и брюхами, раздутыми, словно у жаб, надутых сквозь соломинку.