— Я так и думал, — не стал я открывать Черномору свою собственную несостоятельность в ментальном даре. — Но я сейчас не об этом. Познакомься — это Глория. Знаешь, кто она?
— Я же не слепой, командир, она — ведьма.
— Вот и отлично, что не слепой. Глория — это Черномор, — представил я карлика своей добровольной помощнице. Ведь у неё, в отличие от коротышки, никакой связывающей нас клятвы не было. — В общем так, товарищи, никто не против, если мы с вами сейчас пустим «под нож» несколько тысяч врагов-ублюдков и немножко возвысимся в чинах? — Я решил больше не тянуть и заняться, наконец, уничтожением живой силы противника.
Глория на это заявление отреагировала вполне спокойно — она-то прекрасно была осведомлена о моих планах. А вот Черномор от такого заявления даже подпрыгнул на месте, а его нижняя челюсть изумленно отпала.
— Несколько тысяч — это же «тьма»? — всё еще не веря, переспросил он.
— Скорее, это «тьма тьма»[3]! — ответил я, заметив, как загорелись рубиновые огоньки в его глазах.
— Тьма-тьмущая… — пораженно прошептал коротышка, во времена которого таких армий даже не встречалось. — А ты, оказывается, страшный человек, ведьмак… Но я рад, что именно ты мой господарь…
[1] Фантасмагория (от французского «phantasmagorie») — это слово имеет несколько значений в зависимости от контекста, но в целом подразумевает нечто странное, призрачное, нереальное, похожее на видение или яркий сон.
[2] Физиогномика — это псевдонаучный метод, который утверждает, что можно определить характер и особенности человека, а иногда и предсказать его судьбу, по чертам его лица и другим физическим признакам, таким как осанка, жестикуляция и мимика. Слово происходит от греческих «physis» (природа) и «gnomon» (тот, кто знает или истолковывает).
[3] В древнеславянском языке слово «тысяча» будет звучать как «тьма» (тьма — тьмь, тьмѧ). Также, 10 тысяч называлось «тьма тьма», что можно перевести как «тьма тьмущая».
Глава 8
Я не люблю насилие. В любой форме его проявления. И не важно, на кого оно будет направлено. Да и вообще, я человек мирный, как и выбранная мною профессия — школьный учитель. И выбирал я её по зову души и сердца. Я никогда не хотел быть, например, ни военным, ни милиционером!
Я — школьный учитель, понимаете? Именно школьные учителя играют важную роль в воспитании доброты у детей. Ведь он может сформировать у учеников позитивное отношение к окружающим, привить навыки сострадания, уважения и взаимопомощи. И самое важное, он должен научить своих учеников, что доброта не может быть навязана, иначе она превратится в насилие. Доброта должна исходить изнутри.
Но, если опасность будет угрожать моей семье, близким мне людям и друзьям, а также моему дому и моей стране, школьный учитель сможет овладеть и таким непривычным ему инструментом, как насилие. И овладеть им хорошо, и даже научить этому других. Ведь он же учитель, и его задача — учить. Но как при этом не сорваться в ту бездонную пропасть, на краю которой, так или иначе, придётся оказаться?
Такие вот мысли бродили у меня в голове на момент начала операции, которой я, не мудрствуя лукаво, дал название «Гнев Господень». Пусть я и не Господь, но должна же когда-то обрушиться с Небес на головы фрицев настоящая Божественная кара. А я буду лишь её скромным проводником, раз уж сложилась такая ситуация.
Только вот как эту кару на фашистов обрушить? Тот еще вопрос. Проблем с применением этого поистине ужасающего оружия хватало с лихвой. Хоть пальцы загибай. Во-первых — я не могу запустить этот «Гнев» самостоятельно. Он требует для активации выброса в окружающее пространство мощного потока энергии, который я просто «физически» не могу выдать. Мои меридианы всё еще в хреновом состоянии, чёрт побери!
Во-вторых — мне нужно решить вопрос как передать этот убийственный конструкт ведьме, чтобы именно она его активировала с помощью собственных энергетических каналов. Ведь тогда «откат» в виде непомерного количества «тёмной» силы от одновременного уничтожения такого количества врагов, прольётся именно на Глорию, существенно повысив её ведьмовской чин.
То, что «поощрение» обязательно последует после нашей «акции возмездия», я совершенно не сомневался. Как говорится, плавали — знаем! Но я не знал точно, получится ли у меня провернуть этот хитрый финт ушами. Еще и для старой ведьмы существовала большая опасность подхватить «лихорадку Сен-Жермена» от критического переизбытка полученной силы.
По первоначальному плану я собирался задействовать кристалл-накопитель, который использовал леший, для слива избыточной энергии, чтобы я не сгорел и не переродился в лича, страдая от магической лихорадки. При помощи энергии, заключенной в артефакте, Глория должна была запустить конструкт ГГ — «Гнева Господня» на полную катушку, а затем залить в него уже собственные излишки силы, когда её резерв будет разрывать на куски.
Конечно, существовала высокая вероятность того, что остаточных сил будет куда больше, чем сможет вместить в себя накопитель и тогда старая ведьма с точность повторит мою судьбу, подхватив «лихорадку» и спалив дотла и свои меридианы. А может быть, и вообще — того… Не выживет старушка…
Да и сама ведьма прекрасно понимала всю опасность такой затеи. Мы много об этом говорили, планируя нашу совместную акцию. Но она сознательно шла на смертельный риск. Ведь другого шанса существенно и стремительно возвыситься ей может не представиться за всю оставшуюся жизнь. А собирать «объедки» для подкормки дара после войны она больше не хотела.
А вот неожиданное появление Черномора в нашей схеме, можно было реально считать настоящим подарком судьбы. Ведь его «безразмерная» борода была куда как лучше, пусть и весьма энергоёмкого кристалла-накопителя, но всё-таки имеющего ограниченную вместимость. Так что по поводу слива излишков магии можно было вообще не переживать.
К тому же нахождение древнего карлика под абсолютной клятвой верности, не позволит Черномору повернуть вкачанную в него силу против нас. И против меня лично, и против членов моей команды. Кто есть кто в этих раскладах, я ему уже пояснил и все необходимые распоряжения отдал.
А противиться моей воле он будет не в состоянии еще сотню лет. А за это столетие я постараюсь приложить все усилия, чтобы его перевоспитать. Ведь получилось же у меня провернуть подобное с братишкой Лихоруком? Вполне! А этот злобный дух поначалу был куда кровожаднее коротышки.
Да и Глория на мирную бабульку божий одуванчик совершенно непохожа. Скольких простаков она за свою весьма немалую жизнь замучила? Может, их и было за что… Не знаю… Вот и посмотрим, как моя метода перевоспитания работает на настоящих кровавых злодеях — тёмных колдунах и ведьмах. Может, я по этому поводу еще и «магистерскую диссертацию» напишу.
И еще один вопрос меня беспокоил, ведь кроме фрицев на оккупированной территории имелись еще и наши граждане. Насквозь советские. Ведь фашисты, эти натуральные монстры в человечьей шкуре, не всех вывезли в Германию. Ведь фрицам было необходимо, чтобы кто-нибудь продолжал работать на них и здесь.
Вот за жизнь этих людей я реально переживал, постоянно думая, как бы вывести их из-под удара «Гнева». Но никакого приемлемого решения не существовало в принципе. И поэтому моё чёрное сердце ведьмака болезненно ныло, а моя проклятая душа ежесекундно обливалась кровью. Вот она — оборотная сторона медали…
Если у меня всё получится, я одним мощным ударом смогу уничтожить огромную вражескую группировку с оружием и техникой, не оставив от неё и камня на камне. Это будет огромным вкладом в общее дело, способным очень сильно ослабить врага и существенно ускорить нашу победу, но…
Я уже успел прочитать в голове Глории примерное количество наших людей, оставшихся в Покровке. Их было на порядок меньше гитлеровцев в селе, но они всё равно были. И как их спасти у меня не было ни малейшего понятия. Но и оставить в живых врагов я тоже не имел права. Ведь вступление их в бой может обернуться для нас куда большими жертвами… Намного большими…