Чупров осознал сказанное, подавил естественное недоверие, вспомнив всё, что уже увидел и услышал раньше. И, заодно в его голове всплыло то, что он услышал вчера на прощание от наркома Меркулова:
(«…Вы, Чупров, у нас лётчик. Моложе нас. Пост… занимаемый вами, попроще. С нами и товарищем Молотовым, Белов всё равно держится… официально более что-ли. Наладьте с ним, пока он тут, на аэродроме у вас обретается, контакт. Про авиацию там, корабли межзвёздные… от гостиницы он отказался, но вы ег окак-нибудь обустройте, негоже послу Ордена этого их и межзвёздного госдарства в условиях таких обретаться. Придумайте что-нибудь, под отчёт деньги получите на это. Раз его корабль на Землёй теперь летает, в интересах нашего генерального штаба… пока мы хотим его тут оставить. Он конечно, бесшабашный, но СССР совсем не надо, чтобы он за линией фронта бегал, лично, как в Белостоке своих оружием махал. По крайней мере, постоянно… Отношения с ним товарищеские наладьте…»)
34 года самого Чупрова, конечно, тоже были не ровня с этим юным молодцом, но с наркомом госбезопасности особо не поспоришь. Да и интересно было бы узнать, про полёты, между звёзд.
И ещё — слова Белова в адрес эвакуированных детей, которых он назвал «первыми советскими космонавтами», отчего-то сильно так взволновали Чупрова.
Товарищ Циолковский когда-то, лет десять-пятнадцать назад многих в стране советской увлёк своими идеями исследования междупланетных пространств.
Ещё несколько дней назад это казалось Чупрову хоть и теоретически верным, но весьма отдалённым будущим. И вот сейчас — он сам уже успел увидеть посадку с орбиты вокруг Земли корабля, который может, по словам его пилота, летать аж до далёких звёзд.
Товарищ Меркулов прав… надо поспрашивать Белова. И про корабли, и пилотов таких космических «фрахтовиков» и про фехтование и про многое иное…
— Это учебный световой меч. Им можно достаточно безопасно тренироваться. При ошибке, максимум — будет ожог. С настоящим… такое не прокатит. Без руки или вообще, без головы — в два счёта. Даже не обученные одарённые могут себе оттяпать, про обычных разумных — вообще молчу.
— А не разумных? — несколько неловко пытается пошутить комбриг, смотрящий на выключенный «учебный световой меч».
Лёгкое недоумение на лице Белова через секунду сменяется пониманием:
— Вместо термина «разумные» можете поставить «людей». Просто я уже так привык, в Галактике живут — не только люди, а миллионы… я повторюсь — миллионы разных рас. Некоторые их них — прекрасны, с нашей эстетической точки зрения, некоторые — отталкивающие. Некоторые доброжелательны, некоторые — мерзкие. Но всех их объединяет наличие разума и способность, в разной степени быть связанными с Великой Силой…
Комбриг кивнул, приняв объяснение.
— Товарищ джедай, пойдёмте в нашу столовую. Вы же, наверное проголодались, а у вас есть даже нечего…
— А, есть с десяток стандартных рационов ВАР с собой… пока ваши в Кремле решают — признавать мои полномочия как дипломата или нет, поесть хватит.
— ВАР?
— Великой Армии Республики…
— Ясно… — протянул комбриг. — хотя на самом деле ответ вызвал лишь новые вопросы.
«Великая Армия Республики» звучало внушительно. Важные сведения. С кем воюет или против кого обороняется «Галактическая Республика», занимающая, по словам Белова треть этой… Галактики… которая, по его же словам, состоит из сотен миллиардов звёзд? Какие такие враги могут быть у такого мощного государства?
Впрочем, памятуя деликатное поручение наркома госбезопасности, заваливать вопросами Белова он решил понемногу. И переключился на совсем непонятное.
— Вот меч этот… он же — учебный, так? А есть… боевые?
— Да. Без ограничения по мощности.
— Они действуют… на той «Силе», о которой, вы, Белов, всё время говорите?
Тот засмеялся.
— Нет же… чисто технологическая штучка, хотя и эффективная… — Белов оглянулся и, не увидев ничего лучшего, остановил свой взгляд на жестяной стене ангара, перевёл взор на комбрига и, мгновение поколебавшись, добавил — Держите…
Он протянул «учебный световой меч» Чупрову:
— Активируйте, но держите крепко. Всё поймёте сами.
Предложение было неожиданным.
— Я? А… можно?
— Говно вопрос… простите… конечно, можно!
Крепко-крепко держа меч, комбриг нажал кнопку…
И, едва не пошатнувшись от неожиданности, чуть не выронил меч.
Вырвавшийся слепящий «клинок» упёрся в жестянку, оттолкнув назад комбрига.
Клинок не весил ничего, был плотным, а тоненькая стена — целой.