— Да зачем же?!
— Потому что я от страха могла что-то сделать с тигром, а маги отличаются дурной привычкой чистить память свидетелям случайной магии. Я читала, — безапелляционно заявила она. — А я не хочу, чтобы вам чистили ее, вдруг вы тогда этого мальчика забудете и не выручите.
С таким аргументом родителям пришлось согласиться. И вряд ли им нравилась идея лишиться своих воспоминаний.
— Но ты же, вроде бы, не испугалась? — недоуменно спросил отец.
— Ну… — фальшиво потупилась Катя.
За время разговора люди были почти все оглушены, прежде чем заметили, наконец, бородача и его сопровождающих, среди которых Катя, к своему удивлению, узнала Минерву МакГоннагалл. Но — почти все. Что настораживало. Бородач, который, скорее всего, и являлся Дамблдором, впился взглядом в глаза мальчика, замерев.
Цензурных мыслей по этому поводу не было.
«Накрылся Хогвартс», — мрачно подумала Катя. Она была уверена, что Дамблдор читает память мальчика. И хотя не оставила прямых улик, косвенных было хоть отбавляй. Стоит ему прочесть и ее память… Надо уходить немедленно.
— Теперь вы понимаете? — вслух спросила она у родителей, которые тоже смотрели на экраны. — Это маги. Думаю, они что-то задумали, помимо стирания памяти.
— Но… как так можно?
— Может быть и можно, а вреда от этого нет, — пожала плечами Катя. — В любом случае, я не хотела бы, чтобы и меня вот так оглушили. Конечно, сложно сказать, зачем бы им…
Катя с ужасом почувствовала, что ее трофейную палочку, которую она еще рассчитывала только спрятать, потянуло из руки куда-то к выходу. Катя, впрочем, держалась крепко, и палочку потянуло вместе с ней.
— Гермиона, ты что? — воскликнул отец.
— Это не я! Это меня манящими чарами тащат…
Родители вцепились в дочь, но оказать сопротивление чарам не могли. Их тоже потащило к выходу.
«Черт! Черт! Черт!» — Катя судорожно искала решение.
Если бы она владела «Обливиэйтом», который упоминался в учебнике Чар за старшие курсе, то все было бы просто! Заставить магов забыть о визите, а свидетелей — о присутствии рядом с тигром маленькой девочки. Хотя, «Акцио» на волшебных палочках легко сбрасывается даже примитивными заклинаниями.
— Нокс. Фините. Фините!
Но ее все также тащило, а палочка не работала. Попробовать «Фините» с помощью каштановой палки? Чары не на нее действуют, и мощь тоже будет весьма значительной, но что если засекут всплеск энергии? Начнут облаву, а магические силы как раз истощатся. Нет, выход был только один.
Катя перехватила палочку, обернув в ткань рукава, и выпустила ее. Палочка скользнула вдоль ткани, стирая отпечатки пальцев, и не замедлила исчезнуть в коридоре.
Пожертвовать трофеем — это было единственное решение. Собственно, это давало возможность избежать подозрений в своем отношении, потому что официально у нее нет палочки, а на трофейной она только-только наколдовала «Империо». Заподозрят взрослого мага.
— А теперь быстро уходим! Я перенесла чары на суррогатную палочку — видели, как улетела? — но скоро они повторят процедуру! Надо успеть убраться прочь до того, как они потянут меня повторно!
Родители, не препираясь, буквально вынесли ее через черный вход, широко шагая. На пути к машине она почувствовала, как теперь действительно ее саму куда-то тянет. Волосы у нее поднялись дыбом, но бездействовать было нельзя. Даже если бы в Азкабан несовершеннолетнюю ведьму не бросили, вряд ли ей придется по вкусу наказание за использование Непростительного на человеке. И дернул же черт подчинять этого подсвинка!
Катя направила на себя палочку.
— Фините Инкантатем! — прошептала она, выбрасывая всю накопленную энергию через каштановую палочку. Притяжение в сторону здания сразу пропало, но и Катя мгновенно ослабла. Хотя это был больше психологический эффект.
Теперь она не могла защищаться от магов, зато родители успели добежать до машины. Через десять секунд поблизости от зоопарка Гермионы Грейнджер не было.
Но Катя напрасно думала, что все закончилось. Довезя ее до дома, родители усадили ее на стул, и мать строго заявила:
— Юная леди, ни в какой Хогвартс вы не поедете!
Северус Снейп самодовольно ухмылялся, когда Манящие Чары директора Хогвартса не произвели никакого эффекта. Конечно, это могло значить и то, что злоумышленник давно аппарировал прочь, но профессор предпочитал думать, что сопляк-Поттер ступил на скользкую дорожку еще в нежном возрасте.
— Что я говорил, Альбус? Это все маленький негодяй!
«Маленький негодяй» испуганно переводил взгляд со Снейпа на Дамблдора и обратно.