И вот теперь, от северян поступило предложение – заставить ссыльных трудиться. На том же лесоповале – пускай хоть сучья научатся рубить – все ж какая польза будет! Разумеется, это маленькое изменение в законодательстве Российской Империи вызвало бурю негодования. Как же так! Помазанник БОЖИЙ стал на путь богомерзкого дарвинизма и считает, что не бог создал человека, а труд … из обезьяны! Слова оппонентов о том, что человек должен добывать хлеб насущный в поте лица своего, ни на кого из кричащих эффекта не возымели. Разумеется, как это водится, во всех бедах обвинили несчастных евреев. Это они евреи виноваты! В чем? В том, что государь обратился к дарвинизму! К несчастью для дискутирующих, в дело вмешались северяне. Первыми нанесли удар идеологи ЦК КПСС, вспомнив, что одним из штампов «холодной войны» применявшейся в борьбе с Западом, и государством Израиль была цитата из Корана о том, «обезьяны произошли от евреев, которые не почитали субботу». Данный тезис опубликованный в петербургской прессе донельзя запутал ситуацию с вопросом дарвинизма и чаяний Государя, который…А где собственно говоря те обезьяны, которых он хочет перевоспитать? Или речь идет о евреях, которые его купили, и которые…Чего хотят эти самые евреи, которые во всем и всегда виноваты? Стать обезьянами? Стать людьми, минуя обезьянью фазу? И причем здесь русские, если речь идет о желании евреев трудиться?
Евреи-евреями, а среди тех, кого накрыла волна арестов за антигосударственную деятельность, неевреев было гораздо больше. В чем, разумеется, тоже виноваты евреи. Ибо они…Так или иначе, до полемика в прессе быстро прекратилась, по причине убыли значительного количества демагогов в места не столь отдаленные. Ассортимент столичных газет несколько поуменьшился, но недостаток наименований был перекрыт увеличением тиража правительственных изданий, что позволило удержать объем ежедневно выпускаемой эрзац-туалетной бумаги на том же уровне.
Впрочем, наивно было бы считать, что с увеличением числа лесорубов у России тут же все стало тип-топ в плане авиационного леса и прочей древесины. Реальная жизнь, она ведь на порядок сложнее «Архипелага Гулага»! Лес нужно срубить, лес нужно вывезти, лес нужно высушить, лес нужно обработать. Изменение графика работы железных дорог, строительство хранилищ, лесопильных мастерских и заводов и прочая-прочая-прочая. Все только-только начиналось.
– Рота! Равняйсь! Сми-РНА!
Пожилой мичман впечатал руку в обрез фуражки. Сто пятьдесят мальчишек послушно выпятили ещё не сформировавшиеся плечи, надули щёки, старясь казаться значительнее и вытаращили глаза на заполоскавшийся на флагштоке флаг. Зазвенела в воздухе медь надраенных до блеска тарелок, гулко бухнул бубинг, пропела труба.
– Рота! Вольно! Нале-ВО! В столовую – бегом, МАРШ!
В тот же миг раздался топот множества ботинок. Соблюдая строй, пацаны трусцой порысили в находящееся чуть поодаль от плаца одноэтажное здание. На входе каждый сдёргивал с головы бескозырку и повинуясь командам дежурного занимал место за одним из длинных столов. Когда все уселись, мичман, командовавший учебной ротой, окинул едоков зорким взглядом, затем подал команду:
– К приёму пищи – приступить!
Зазвенели ложки по алюминиевым мискам. Продрогшие на осеннем ветру мальчишки уписывали сытный завтрак за обе щёки. Мичман расхаживал между столов и поглядывал на часы. Наконец, рявкнул:
– Выходи строиться!..