Рулет кончился очень быстро: Зая Зая то ли проголодался, то ли соскучился по сладкому, то ли и то, и другое, разом. Орк поел, орк повеселел… Для того, чтобы вдруг загрустить.
— Слушай, Вань, — осторожно начал он как бы издалека. — У меня раньше была одна проблема, теперь их две… — Урук протянул мне для осмотра все еще молочно-белые руки, мол, убедись и полюбуйся.
— Вторая — это неприличный колер? — догадался я. — Первая… Работа?
— Нет ее, — буркнул орк. — Работы, то есть. Сижу, нахлебничаю…
— Хорошенькое дело! — удивился. — А это вот что? — потыкал я пальцем в многочисленные коробки. — Типа, не работа?
— Это так, — помотал головой Зая Зая. — Чисто по-дружески. Помочь.
— Э нет, братан, — пришлось возразить. — Так дело не пойдет. Дружба — оно конечно, но на своих наживаться… Сам-то я заработал, и неплохо! Поэтому вот, — я выставил на стол заранее приготовленную стопку монет. — Это за разлив и упаковку.
Орк снова замотал головой — однако, перебить себя я не дал.
— И нечего мне тут, — потребовал. — Расстроюсь. И даже обижусь. Ишь чего! Еще как будет расчет, ну, с заказчиком, получишь столько же.
— Это за что? — удивился урук.
— Как за что? — нахмурился я. — А кто клиента привел? Скажешь, тоже по дружбе?
Короче, по деньгами и работе — договорились. Оставался колер.
— По моим расчетам, — я действительно показал приятелю схему, сотворенную перед тем почти на коленке, — твой замечательный цвет продержится еще три дня. Окончательно, правда, сойдет через неделю, и будешь снова нормальный черный урук. Как раз к свадьбе этого, ну… — коробки почти настоящей водки напомнили, о ком речь. — Хотя я бы, на твоем месте, еще подумал.
— О чем думать-то? — не понял Зая Зая. — Не бывает белых уруков! Не-бы-ва-ет!
— Зато прикольно, — возразил я. — Хотя — как знаешь. Твой цвет, твои правила.
Немного помолчали: как иногда пишут в романах, «повисла тягучая пауза».
— Давай пожрем, что ли, — вдруг нашелся урук. — Котлеты. Будешь?
— Спрашиваешь, — традиционно обрадовался я.
Уже доели, когда кто-то постучался в мою ментальную сферу снаружи.
В принципе, ждать можно было или местного умертвия, старика Зайнуллина — хоть того я слышал и видел уже приличное время назад, или самолично эльфийского государя Гил-Гэлада… Того, кого я с удовольствием принимал за дохлого остроухого царя.
Пришли оба.
— Привет, начальник, — умертвие не стало переходить в визуальный режим. — Мы тут с твоим предком…
— Проявитесь оба, — потребовал я вслух. — У меня от братана секретов нет!
Не то, чтобы это действительно было так — о некоторых вещах стоило умолчать, о чем я и предупредил мертвецов неслышимо… Но друга требовалось немного поддержать, а то вон, совсем раскис.
Два призрака — это куда интереснее, чем один. Благо, и замок мой — натуральное место силы, даром, что даже без бивня, он же — камушек… Эфирный резерв расходуется быстро, наполняется и того быстрее.
— Так, вы двое, ты и предок… Кстати, здравствуй, — пошутил я.
— Скажу проще, — вступил Гил-Гэлад. — Тебе бубен зачем? Стучать будешь? А то чует мое сер… Что осталось, то и чует. Неладное, да.
— Бум! — колотушка ударила в бубен.
— Звяк-звяк-динь! — красиво отозвались бубенчики.
Занес колотушку во второй раз, да попытался — строго по методике, подсказанной эльфом — представить себя мостом между мирами…
Что я могу сказать, короче. Бубен — это круто. Еще круче чем посох, и даже чем без посоха. Ощущения… Колоссальные, жаль, что неполные какие-то.
— Ничего не вижу, — поделился с призраками, немного вспотев от стучания колотушкой по туго натянутой шкуре. — И не слышу, только чую.
— Это нормально, — согласился эльф. — Так у всех. Если в самом начале.
— Точно, предок, — вдруг обрадовался старик Зайнуллин. — Вы даже говорите, того, одинаково. Короткими периодами.
— Да? — Я чуть не сбился с настроя. — Никогда бы не подумал!
— Точно тебе говорю, начальник! — постарался уверить меня призрак.
— Ты давай, потомок, стучи-стучи, не отвлекайся, — потребовал дохлый эльф. — Открывай канал, обработку данных… Так и быть, беру на себя.
— Бум, бум, бум-бум-бум, — вошел я в шаманский раж.
— Динь-динь-динь-динь, — вторили бубенчики.
Духи звуков не издавали, молчал и Зая Зая: первые слушали, второй, кажется, офигевал.
В себя я пришел не сразу: уруку пришлось отливать меня водой.
— Перестарался, начальник, — озадачило умертвие. — Для первого-то раза…
— Ничего, — почти в тон возразил эльфийский царь. — Тренировка. Полезно. Чем тяжелее штанга, тем крепче мышца… Со страховкой, опять же.